- Ну... - Дримс старательно подбирал слова. - Мне показалось подозрительным, что жрец Сета не убил ее, а бросил в подвале у запертой двери. Я решил направиться к ней и задать пару вопросов. Вместо ответа... - Дримс собрался с силами. - Вместо ответа мы нашли у нее дома Грегора, распивающего с ней чай. Мэй попыталась убить нас и удрать вместе с Грегором, она очень хорошо дерется, но у нее не получилось удрать. Ее арестовал я, - взял всю ответственность на себя Ривс. - Нам надо, чтобы она рассказала о том, каким образом Грегор сбежал. Может быть, есть другие пути из Миранды. Может быть, есть шанс спасти город.
- Ее допрашивают? - прошептал Джулиан.
- Пытаемся. Она всех нас посылает, а у препаратов истек срок годности, - признался Дримс. - Пока все так. Но нам нужны эти сведения.
- Вы ее пытаете? - ужаснулся Джулиан.
- Нет, - покачал головой Дримс. - Нет... Но я боюсь, что придется... Джулиан, пойми, на кону жизнь всего города и гарнизона!
- А если она не виновата?! - воскликнул Мэйфлауэр.
- Я лично был там. Грегор при мне сбежал, а рана на ноге - ее работа. Потом она призналась, что она на стороне Сета.
- Но ее отец - жрец Карены!
- И, тем не менее, она считает его и Карену предателями. Она замешана по самые уши.
- Я должен с ней поговорить, - твердо заявил медик. - И не смейте мне этого запрещать! Сами говорили, что медик может лекарства легко перепутать.
Ого! А вот такого от милого доброго вьюноши никто не ожидал! И ведь не боится угрожать старшему по званию! Да что там старшему, не боится угрожать грозе всех местных военных, чуть ли не людоеду и откровенной сволочи!
Бедняга Джулиан... Так любить и кого...
- Хорошо, - кивнул Ривс. - Пойдем, я тебя проведу к ней. Но говорить будете через решетку. И клянусь Венерой, ее никто не пытал. Пока.
Они пошли по мрачным замершим улицам Миранды к военной тюрьме, что находилась недалеко от вокзала. Город замер в ожидании своей смерти. Лишь изредка проходили патрули солдат и ополченцев, да небольшие группки горожан, спешащие по своим делам. Где-то хлопал сорванный ставень. Где-то по параллельной улице проезжала телега или проходила лошадь. Из окон первых этажей иногда слышалось звяканье посуды или же детский плач.
С трудом Ривс доплелся до тюрьмы. Нога ужасно разболелась, тем более что перевязку Мэйфлауэр так и не сделал.
Договориться с дежурным оказалось легко - капитана Дримса боялись даже пехотинцы. Дримс на всякий случай решил остаться поблизости от младшего лейтенанта, поэтому ему принесли табурет, который установили недалеко от камеры Мэй.
Джулиан рванул к решетке на третьей космической скорости.
- Мэй! Мэй! Что с тобой?! - возопил мальчишка.
- Джулиан! - девушка приникла к стальным прутьям, просунув руку между ними. Тьфу, тоже мне принцесса в башне! Мелодрам пересмотрела!
- Мэй, что с тобой? - Джулиан схватил ее руку и поцеловал тонкие изящные пальчики. Ха-ха. Видел бы он, как эти пальчики безжалостно наносили удары самому Дримсу...
- Я не знаю! Не знаю! - воскликнула девица. По ее щекам катились самые настоящие слезы. Ривсу стало противно. - За что они меня так?! За что? Что я сделала?!
- Мне сказали, что ты пособница жрецов Сета, - пробормотал Джулиан севшим голосом.
- О, боги! - воскликнула дочь жреца Карены. - За что?! За что это мне? Лучше бы этот страшный человек убил меня тогда! Это так ужасно! Меня тут держат взаперти... Я не могу даже помыться... Я не вижу солнца... Они... Они мне угрожают... Они требуют от меня какие-то страшные вещи... - вскричала "жертва" произвола властей.
- Мэй, дорогая Мэй, - пролепетал Мэйфлауэр, и Дримс пожалел, что привел его сюда. Мальчишка был по уши влюблен в свою сестричку милосердия, а она разыгрывала перед ним невинную овечку. - Почему они думают, что это ты сделала?
- Не знаю, - прорыдала коварная девица. - Не знаю... Ты должен спасти меня, иначе я тут умру... Они меня замучают... Я их боюсь...
- Почему они так думают? - Мэйфлауэр вновь поцеловал ее руку.
- Они говорят, потому что тот страшный человек должен был меня убить, а не бросить перед дверью в подвал, - прошептала Мэй. - А потом... Потом ко мне заявился тот ужасный капитан... Одноглазый... Он мне такое предложил в обмен на его защиту! Джулиан! Это было так мерзко! Так низко! А мне так страшно одной ночами в пустом доме, но я... я отказала ему... Он разозлился, а на следующий день пришли эти оба капитана, одноглазый и ваш летчик. Они меня арестовали... Джулиан, что мне делать? Освободи меня... Освободи, - она плакала, плакала по-настоящему, и даже Ривс вдруг начал сомневаться в своих воспоминаниях об аресте Мэй. Вдруг он все это придумал, потому что с лестницы упал в ее доме? Не зря же Лэндхоуп периодически у него осведомляется, чем и когда Дримса опять по голове били. Может, амнезия?
- А что с твоими руками? - Джулиан погладил ее сбитые костяшки.
- Я отбивалась... Отбивалась от этого мерзкого капитана, - воскликнула Мэй. Конечно! Ха-ха! На соблазненного караульного она давеча напала. Троих солдат и пятерых ополченцев убила, прежде чем ее смогли поймать!
