– Хорошая работа, Посредник, для первого раза… – голос Соласа появился неожиданно и обескуражил Петра, он растерялся и ответил на эмоциях:
– Ты… какими судьбами…?
Солас не дал ему закончить:
– Решил подстраховать тебя, и, как вижу, вовремя. Ты ищешь сознание и не находишь его?
– Да… странно, я не вижу… не понимаю… – Пётр чувствовал, как его уверенность начала колебаться.
– Оно перед тобой. Физические процессы не являются сознательными, они скорее основаны на условных и безусловных рефлексах и программных кодах. Ты это понял?
– Конечно, это очевидно. Но где же сознание? Я не могу найти его…
– Не там ищешь, – мягко подсказал Солас. – Сознание – это не просто набор сигналов и реакций. Оно везде и нигде одновременно. Это та нить, которая связывает всё вместе, наполняет каждую частицу смыслом. Ты смотришь слишком узко.
Пётр замер, осознавая, что он искал не там, где следовало. Его взгляд на процесс был слишком механическим, слишком "человеческим". Он должен видеть шире, постараться ощутить саму суть сознания, а не искать его физические проявления.
– Сосредоточься, – продолжил Солас. – Почувствуй её сознание, не анализируй его. Позволь себе раствориться в нём. Только тогда ты сможешь завершить процесс.
Пётр осматривал каждую элементарную частицу, каждый атом, пытаясь найти то, что искал – сознание Верочки, но оно ускользало от его восприятия. Он чувствовал, что сознание Верочки и его собственное рядом, словно они разговаривали на ментальном уровне, но физически не мог их локализовать.
– Я не вижу… – пробормотал он, сбитый с толку.
Солас, наблюдая за его попытками, заметил это замешательство. Ответ находился прямо перед Петром, но тот не мог его распознать.
– Посредник, освободи себя от стереотипов прошлого, – мягко напомнил Солас. – Ты уже знаешь, что окружающий мир устроен не так, как вам кажется. Вернее, не вам, а вашему сознанию, которое интерпретирует увиденное в понятные вам образы.
Пётр попытался очистить своё сознание, отринув прежние знания и предубеждения. Он представил, как стирает гипотетическую "линзу", которая интерпретировала реальность и корректировала её восприятие. Как только ему удалось достичь этого состояния, мир вокруг него изменился. Пространство заполнилось лучами энергий тонкой материи, пересекающимися и взаимодействующими друг с другом. В этом хаосе он заметил два конгломерата сплетённых полей – тонких и сложных конфигураций, что-то вроде светящихся коконов, вибрирующих в такт невидимой музыке Вселенной.
– Неужели это и есть наши сознания? – удивлённо спросил он Соласа.
Тот, довольный успехом Посредника, мягко ответил:
– Наконец-то ты понял, Посредник. Да, сознания не находятся внутри тела, рядом с ним или даже в нём. Вы называете этот феномен душой.
– Получается, что сознание и душа – это одно и то же? – Пётр пытался осмыслить новое знание.
– Можно сказать и так, – согласился Солас. – Но в моём понимании это только сознание, которое формируется под действием энергии тела.
– Понял. Спасибо за подсказку и поддержку, Солас.
– Не стоит благодарностей. Это базовые знания, – ответил Солас. – Однако странно, что ты, Посредник, с такой лёгкостью оперируешь макровеличинами, но теряешься в микромире. Думаю, со временем этот дисбаланс исчезнет. Что касается твоей команды, не стоит давать им полное понимание Вселенной. Достаточно общего минимума знаний и способности к бесконечному существованию.
Пётр хотел было спросить, почему не стоит делиться полной информацией, но Солас прервал связь, посчитав, что сказал достаточно. Он не хотел объяснять, что даже среди бессмертных могут возникнуть разногласия и конфликты. Солас сам пережил подобные этапы и не хотел их повторения. Посредник поймёт всё со временем. В настоящем у него достаточно и знаний, и задач, которые предстоит выполнить.
Вернувшись к трансформации, завершил настройку сознания Верочки в соответствии с изменениями её организма. Он почувствовал, что сделал всё, что мог, и вышел из ментального контакта. Открыв глаза, он обнаружил себя сидящим в кресле напротив медицинской капсулы. Взглянув на системы жизнеобеспечения, он убедился, что всё в норме. Затем, посмотрев на часы, Пётр удивлённо присвистнул – прошло трое суток.
Он обратил внимание на внешние камеры, которые показывали Адлат и Медми. Они стояли у двери, пытаясь проникнуть в отсек. Пётр разблокировал дверь, и они буквально ворвались внутрь, взволнованные и обеспокоенные.
– Что случилось? Почему вы заперлись? Почему не отвечали? – вопросы Адлат сыпались, словно из рога изобилия. Она тут же подбежала к капсуле, где лежала Верочка, и с тревогой заглянула внутрь.
– Что с ней? – обеспокоенно спросила Адлат, бросив взгляд на Петра.
Он, напротив, сохранял спокойствие и даже немного улыбался.
– Успокойтесь, всё в порядке. Я провёл первую трансформацию, Верочка сейчас придёт в себя, – уверенно произнёс он.
Адлат снова посмотрела на Верочку. Её реснички вздрогнули, и она медленно открыла свои большие синие глаза.
