Но вместо ответа услышал раскат грома. От неожиданности я даже расплескал на себя часть содержимого стакана. Хмель как рукой сняло! Метнувшись к выходу, с замиранием сердца и в ожидании чуда я распахнул дверь загадочной квартиры напротив. Сейчас всё повторялось так же, как и в одну из ночей. Комнату озарил яркий всполох молний, прямо в лицо брызнули капли освежающей влаги, и я с упоением запрокинул голову, внимая шуму плачущего неба. Трепетное облегчение забилось птицей в раненой груди.
- Маливьена! - восторженно завопил я. - Зачем ты прячешься от меня?!
Новый раскат грома и всполох молнии за окном вернули меня в чувства. Обернувшись, я увидел, что дождевая вода всего лишь хлещет через распахнутую створку окна.
- Боже! - упал я на колени, упёршись лбом о косяк входной двери, и сглотнул подступивший ком досады. Теперь я отчётливо понимал - каково это: осознать, что ты сошёл с ума. Хотя самое страшное крылось в другом. Хуже всего - осознание собственного безумия и бессилия что-либо изменить. Из этого следовало, что всё-таки мой рассудок помутился не до конца. У нормальных психов хотя бы свой внутренний мир есть, и он не имеет свойства исчезать или появляться от случая к случаю, они так в нём и доживают беззаботную жизнь, а у меня даже сойти с ума по-человечески не получилось. Да, чёрт возьми, мне даже как следует и не дали этого сделать! Даже пожалеть себя любимого в одиночестве нельзя! Суровая реальность уже в который раз поспешила убедить в своей равнодушной прагматичности, ломая и без того слабые крылья прямо в небесах и безжалостно швыряя вниз! Увлечённый страдальческими потугами, я только сейчас заметил, что в кармане «надрывается» мобильный. Трясущимися руками я потянулся за ним, с остервенением выхватывая его из кармана, будто это могла звонить Маливьена. И только от этой мысли снова где-то внутри закрался лучик надежды, как мне опять указали вниз. Опять разочарование! Это был Костя! И как всегда он был «вовремя»!
- Чего тебе, малый? -проговорил я голосом, исполненным отчаяния.
- Малый хочет лишний раз поинтересоваться, не передумал ли старый принять руку помощи? Вдруг мне стоит вернуться?!
- Так и скажи, что за «вискарь» жаба задушила, - язвительно заворчал я.
- П-ф-ф! - протяжно раздалось в ответ.
- Да, шучу я, Костян! Не обижайся, просто скверно на душе, и спасибо за заботу, но я не передумал. Не волнуйся, со мной, в самом деле, всё путём, потому что «вискарь» у тебя, действительно, отменный.
- Всегда к вашим услугам! - ответил дружелюбно Костя. И, как ни в чём не бывало, завёл новую пластинку: - А меня по дороге гроза застала.
- Тоже мне новость! - с вновь подступившим раздражением ответил я. - Будто и сам не вижу, что льёт как из ведра.
- Да я не о том, Антоха, просто гроза в середине февраля - ну, это знаешь ли дико, что ли!
- Тоже мне событие, - продолжил ворчать я уже отрешённо, - у нас на КМВ это обычное дело даже порой в декабре, не говоря уж про февраль! Я же не раз тебе рассказывал, бывало, что и в канун нового года, в последних числах, до двадцати шести апельсинов градусник поднимался.
-Да, помню я, Антоха. Просто решил на всякий случай позвонить, пока связь не «сдохла». Не серчай ты так, я ж по-человечески переживаю!
- Хорошо, - смягчил я тон, - и доброй ночи, Костя.
- Доброй ночи, Антоха, - с пониманием заключил мой друг.
- Обещай, что это останется между нами! - вместо того, чтобы сбросить вызов, потребовал я. Костя промолчал...
- Костя! - настойчиво попросил я.
- Обещаю, - ответил он, видимо, почувствовав и прервав очередной приступ накатывающего на меня раздражения.
- Спасибо! И ещё... - продолжил я, будто и не первым рвался сбросить вызов.
-Да-да?! - воодушевился приятель.
Только теперь, говоря с приятелем, я понял жестокий смысл Костиной шутки про врача:
- Возможно, мне и на самом деле нужно будет пообщаться с доктором. Я могу рассчитывать на твою помощь?!
- Вне сомнения! - утвердительно заверил друг.
- Ну, тогда бывай и тоже не серчай там, а я дальше пошёл тараканов травить твоим пойлом!
Костя засмеялся, а я нажал кнопку сброса.
Сегодня, за всё время, проведённое здесь, мне впервые отвратительно спалось.
После звонка я так и продолжил сидеть на полу, подпирая любимый диван, иначе, казалось, без моих надёжных плеч, он просто рухнет от усталости. Потом на какое-то время я даже отключился, но очередной раскат грома привёл меня в чувства.
Больше не беспокоясь за диван, в истеричном порыве я начал суетно разбрасывать вещи, открывать все дверцы, которые были в квартире, и, буквально ползая на карачках, заглядывать под каждый плинтус, злобно ворча: «Я не верю!»
Я, правда, не хотел верить, что сошёл с ума!
- Где же ты, грёбаный огрызок галлюцинаций? ГДЕ???!!!... Я хочу нажраться ещё сильней, но меня уже тошнит, пить эту дрянь тёплой, мне так нужен ЛЁД! Не поступай так со мной...
