Взволнованный канцлер остался доволен осмотром и распахнул дверь, впуская нас в зал, где сотни лет назад был коронован первый император Отако, где родилась Кисия, в зал, известный своими кроваво-красными оконными витражами и огромным лакированным троном. Но, как и весь замок, тронный зал не пролил света нам под ноги. Витражные стекла были задрапированы черным, превратив пространство в мозаику теней и полной тьмы. У стен недвижно, как статуи, стояло еще больше гвардейцев, а в глубине зала, на резном троне, скорее черном, чем алом, сидела одинокая маленькая фигурка.
Наш вход не сопровождался ни единым звуком, лишь шарканьем шагов и биением моего сердца. Одетая в черное императрица Хана Ц’ай, последняя из живущих ныне потомков императора Лана Отако, наблюдала за нами, и шелковое одеяние полночным потоком струилось с трона на пол.
Глава гвардейцев остановился, преклонил колени на резном камне в центре тронного зала, опустил лицо к полу и замер.
– Встань.
Несмотря на полный скорби облик императрицы Ханы, ее зычный голос с легкостью разнесся до самых дальних углов тронного зала.
– Ваше величество, – произнес главный гвардеец и обернулся, указывая на нас: – Вот эти двое, которые назвались…
– Да. Подойдите.
Лео первым шагнул на камень и поклонился, как делал гвардеец – чужой обычай был для него естественным, как дыхание. Под тяжелыми взглядами и я сделала то же самое – коснулась лбом пола, в точности как гейши дома Лин’я перед входящими в дверь гостями.
– Встаньте.
Я услышала движение Лео и последовала за ним.
– Ты назвался доминусом Лео Виллиусом из Чилтея, – произнесла она прежде, чем заговорил Лео. – Но Лео Виллиус из Чилтея мертв. Я видела его тело.
– При всем величайшем уважении, ваше величество. Вы видели труп моего слуги и телохранителя. Такая уловка возможна, когда никто не знает тебя в лицо, и, как показали события, даже необходима.
Императрица пристально смотрела на Лео.
– А эта женщина не твой телохранитель, как ты говорил?
– Нет. Она – наемная убийца.
Я сжалась, руки сами потянулись к ножам, которых больше не было. Между нами и императрицей, обнажая сталь, встали гвардейцы.
– Значит, Лео Виллиус из Чилтея, вы здесь для того, чтобы убить меня? – через их головы спросила императрица.
– Вы ошибаетесь, ваше величество. Она здесь не ради того, чтобы убить вас, ее наняли убить меня.
– Ее наняли убить тебя, – медленно повторила императрица Хана. – Это преступление – дело кисийских рук?
– Нет, ваше величество. Ее наняли мои соотечественники, не желающие, чтобы я заключил брак с ее императорским высочеством. Они мне не…
Он обернулся, услышав приближение торопливых шагов. Мужчина в свободной чилтейской мантии помедлил у входа в зал.
– Мои глубочайшие извинения, ваше величество, но я слышал… Я не мог не прийти…
Он умолк, воззрившись на Лео.
– Посол Ридус, – произнес Лео. – Рад вас видеть.
– Вы узнаете этого человека, посол? – ледяным тоном спросила императрица. – Но разве вы не опознали то тело как доминуса Лео Виллиуса?
– Нет! Вернее, я хотел сказать да, ваше величество, опознал, поскольку сам никогда не видел его лица. Но этот человек… Я узнаю его голос. Он точно доминус Лео Виллиус, хвала Единственному истинному Богу за то, что он хранил вас. – Он поклонился императрице. – Еще есть время договориться о мире, ваше величество. Брак ее высочества…
Императрица Хана внезапно встала, как будто возвышаясь над залом.
– Принцесса Мико не выполнила свой долг и предала империю. – В голосе слышались боль и ярость. Она стиснула руки. – Вы, доминус Лео Виллиус из Чилтея, вошли в разрушенный дом. Здесь более нет того, что вы ожидали найти. Поскольку ваши соотечественники уже идут маршем к нашим границам, вы представляете для меня столь же малую ценность, как и для тех, кто хотел вашей смерти. Даже если вы действительно тот, за кого себя выдаете, вы будете лишь предметом торга с вашим отцом, когда сюда явится его армия.
Она снова села.
– Уведите его, посол. Устройте с комфортом, возможно, ожидание будет долгим.
Тяжелая рука опустилась мне на плечо, принуждая поклониться, но, когда я нагнулась, императрица снова заговорила, лишая слабой надежды, что я еще могу избежать этого ада.
– Убийца останется. Я с ней еще не закончила.
Лео поклонился, и посол в сопровождении отряда гвардейцев в алых мундирах повел его прочь. Дверь за ними закрылась, и теперь я стояла перед императрицей Кисии в одиночестве. Взгляд ярких глаз надолго остановился на мне, вгрызаясь, как и взгляд Лео, в мои мысли и плоть. Однако, в отличие от Лео, она не могла прочесть то, что заключалось внутри, и потому прибегла к словам.
– Мой сын пытался его убить. – Она положила руки на подлокотники трона. – Тебя наняли его убить. Как вышло, что доминус Лео Виллиус до сих пор избегал смерти?
Страх мог бы заставить меня смотреть в пол, но, если мне суждено умереть, я лучше посмотрю смерти в глаза.
