Мы остаемся свободными... полностью

Эпоха робототехники.

Книга вторая. Мы остаемся свободными...

Часть 1 Людей здесь нет...

Вместо тепла - зелень стекла,

Вместо огня - дым.

Из сетки календаря выхвачен день.

Красное солнце сгорает дотла,

День догорает с ним.

На пылающий город падает тень.

В. Цой и группа Кино "Перемен"

кладовки с продуктами и оружием

1.

Страшные сны больше не снились. Ни раздвижные двери, ни темные коридоры, ни ожидание чего-то пугающего и неотвратимого. Ничего похожего и подобного.

Нет, по-прежнему во снах Таис оборонялась от визжащих и прыгающих фриков или убегала от стреляющего в спину Пятнадцатого. Бывало, что неслась на магнитной доске и с разбегу врезалась в стену - такое тоже снилось. Даже полеты над Оранжевой магистралью появлялись в ее снах. Но все это было обычным, хоть малость и напряженным, неприятным, может, даже, пугающим.

Зато во снах больше не было ощущения неотвратимости, ощущения жуткого грядущего. Не было неизменного и четкого чувства, что кошмар непременно сбудется, что он близок и реален. Видимо, прошлое отпустило Таис. Потому что теперь стало известно - что на самом деле случилось на станции. Катастрофа прошлого была названа, озвучена, вытащена из темноты забвения. И потому уже не являлись из подсознания генетической памяти напоминалки, не заявляли о себе и не наводили чудовищный ужас, заставляющий просыпаться с криком посреди ночи.

Таис это нравилось. Будто свалилась с плеч тяжелая ноша, и стало гораздо легче и дышать, и спать.

А спала Таис теперь на Третьем Уровне, в той самой каюте, где Андрей Шереметьев, отец Федора, оставил свое последнее сообщение. Роботы Лоны привели эту каюту в порядок, вычистили полы и диван с кроватью, застелили новое постельное белье. Федор устроился на диване, рядом с мониторами. А Таис облюбовала себе широкую двуспальную кровать. Места на ней было сколько угодно, это вам не узкая койка на Первом Уровне.

Сейчас-то все знали, что заброшенные базы Первого Уровня предназначались для отряда спецназа, охраняющего станцию и сопровождающего крейсеры. Там же были и ангары для их катеров. Теперь уцелевшие бывшие спецназовцы погрузились в спячку в закрытой части Третьего Уровня - вирус превратил их в животных. Временами доносился оттуда протяжный вой, тоскливый и тяжелый. Но на Верхнем, Третьем Уровне его не было слышно.

Нижний Уровень опять заблокировали. Закрыли на замки, выключили свет. И вспоминать о бывших базах больше никто не желал. Так распорядился Федор. Сказал, что делать там теперь нечего, что стая животных надежно заперта и что лучше всего будет, если в этих местах станции никто не будет лишний раз шататься.

- Мало ли что, - хмуро пояснил он, - лучше нам перестраховаться. Так что, все согласны?

С ним согласилась и Эмма, и Колька, и Егор. Машка лишь плечами пожала - она сразу же перебралась на Второй Уровень, поближе к детворе, и сразу же включилась в работу с малышней. Ее подопечные мальки - Вовка, Ромка и Кристинка принялись ей помогать. Таис, когда спускалась вниз, на Второй Уровень, видела, как Кристинка возиться с совсем маленькими детками - играет с ними, катает на качелях или читает книжки.

Видимо, воспитание детей - это у Маши было в крови. Призвание, можно сказать.

Нитка и Катя ей помогали.

Гибель мальчишек - Ильи и Валентина - еще долго не забудется. Еще долго они будут вспоминать своих любимых парней, и горечь утраты еще долго будет гореть у них в сердцах. Таис это очень хорошо понимала.

Она бы - так и вовсе не жила, если бы погиб ее Федор.

А возня с милой малышней поможет девочкам вернуться к жизни. Эмма сказала то же самое. В этот раз Таис была с ней согласна.

Эмма тоже вернулась на Второй Уровень, к своей сестренке и к любимому роботу Лону. Каждый день она поднималась в капитанскую рубку, работала с документами станции, помогала Федору разобраться в сервере Моага. Но для отдыха и общения она неизменно возвращалась вниз. И Колючий всегда держался около нее. Теперь-то Таис понимала, что он просто-напросто влюбился в Эмку.

Вот и отлично, вот и правильно.

Это гарантия того, что Колючий не превратиться в животное. Самая верная гарантия.

Временами Таис одолевали навязчивые мысли. Вернее, навязчивые сомнения. А что если все они ошибаются, и любовь - вовсе не защита от превращений? Что если на самом деле секрет вируса в другом? Тогда пропадал всякий покой, и хотелось выть и метаться по закрытой станции. Тогда казалось, что все они обречены, что выхода нет, и рано или поздно снова начнутся заболевания.

Обычно из пика сомнений и тревог ее выводил Федор. Обнимал, прижимался губами к губам и тихо говорил:

- Ну, разве мы животные, Тай? Разве мы фрики? Посмотри сама, мартышка.