Когда меня вызвали и сообщили, что обвинение в отравлении с меня снято, но за всё прочее, случившееся по моей вине в предыдущее царствование, я лишаюсь права проживания не только в Паризии, но и вообще на территории Франкии – я уже не удивилась. Мне дали три дня на сборы – я очень попросила. Войти в свой дом, собраться в далёкую дорогу, увидеться с сыном.
На удивление, дом дождался меня, его не разграбили. Все мои драгоценности, сумма денег, и королевское сокровище – тоже. Я проверила, капнув кровью – это оно, да. И даже кое-кто из прислуги не сбежал – кому было некуда бежать. Мари и Аннет выпустили разом со мной, мы втроём плакали, смеялись, вспоминали и переживали всё заново.
Аннет возвращалась к родне. Мужа Мари уже несколько лет как не было в живых, а дочери вышли замуж, все три. И она сказала, что поедет со мной, куда бы меня не заслали.
Я рассчитала остававшихся слуг, и сделала всем подарки – за службу и за верность. Наняла мага – законсервировать дом. Узнала, что Эжен сейчас в столице, и послала ему записку, желая хотя бы попрощаться. Он отговорился делами принца Франсуа.
Я слышала, что у них с женой нет детей, но мало ли, вдруг ещё будут? Я хотела оставить кое-что моим возможным внукам, но… И тогда я отправила записку принцу Франсуа. Очень хотела спросить его, когда это я успела покуситься на его жизнь?
На удивление, он прибыл ко мне сам. Оторвал от сборов – я как раз паковала в самый низ сундука принадлежавший его семье артефакт. Затолкала под обложку платок со следами крови из проколотого пальца, спрятала в слоях одежды книгу и пошла беседовать.
- Радуйтесь, маркиза, что вы вообще остались в живых, - сказал он, поджав губы ровно как делал его отец. – И что я отдал приказание замолчать ваши преступления, - добавил высокопарно.
- Ваше высочество, сдаётся мне, что преступление моё состоит в том, что меня любил ваш отец, опровергните мои слова, если я не права. А всё остальное легко решается магическим допросом, которого не было. Вы думаете, я не понимаю, почему его не было? Вам бы не удалось подделать результат, ни один настоящий маг не подпишет протокол допроса, в котором содержится ложь. Скажите, так?
Он смотрел. Молчал, а потом рассмеялся.
- Так, - кивнул он. – Я предлагал Луи конфисковать всё, что есть в вашем доме, но он убоялся какого-то там посмертного проклятия, и зря, я так считаю. И согласился только продержать вас в Бастионе по вымышленному обвинению. Но теперь уже – как есть. Я уверен, что вы немало нагрели руки за то время, что отец держал вас при себе. И отправляю вас туда, где греть руки не на чем, и вообще главное – выжить, как я слышал. Впрочем, не сомневаюсь, что вам удастся выжить и там. Но рад этому не буду. Вы, маркиза, изрядно осложнили жизнь всем – и тем, кто желал оказаться на вашем месте, и тем, кто хотел, чтобы их ближние там оказались. Так что я представляю не только себя лично, но ещё и некое содружество, давно желавшее от вас избавиться. А что до меня самого – я бы проще смотрел на вас, если бы вы обладали достаточной гибкостью ума и могли внушить эту гибкость отцу. Потому что нам теперь разгребать последствия его твердолобости.
Вот так, дождались смерти короля, и избавились. И бегут разгребать последствия. Ну, поглядим.
- Ваше высочество, могу я просить вас?
- О чём же?
- Передать моё благословение маркизу дю Трамбле.
- Полагаю, он прекрасно живёт и без вашего благословения.
Вот скотина. Ладно, как скажете, ваше высочество.
- А выпить со мной рискнёте?
- А рискну. Вряд ли вы успели возобновить ваш запас ядов.
Мне не было нужды возобновлять ничего. И… зря он встал между Эженом и мной. Ничего бы с Эженом не случилось, поговорили бы. Да и всё. И имущество я бы оставила ему уже сейчас, уж наверное, он не огорчился бы и взял. Значит, будет ждать моей смерти.
Я попросила принести нам вина, принц сам открыл бутылку и разлил. И тут его вызвали к дверям – что-то там, какое-то известие. Я подумала – если выйдет, то это судьба. Он поднялся, вышел… и я воспользовалась этим тут же.
Впрочем, он вернулся быстро, я только и успела спрятать пустой флакон.
- Я не сомневаюсь в вашей изворотливости, маркиза. И не готов желать вам удачи.
- Я и не приму от вас никакого пожелания. Лучше выпьем в память вашего отца.
- Принимается, - кивнул он.
Выпил и не поморщился. Не поморщилась и я. Он маг, раскусит или нет?
Не раскусил. Молод и самоуверен. Попрощался и вышел.
А наутро мы с Мари и нашими тремя сундуками попросили моего уже почти совсем бывшего управляющего отвезти нас в Академию – путешествие в дальнюю даль должно было начаться там. И принц прав, я буду не я, если не найду способ вернуться оттуда.
Женя, настоящее время
На этом месте воспоминания маркизы заканчивались, но в тетради ещё оставались свободные листы. Наверное, в дороге ей было не до записей, а потом… уже ни до чего.
