Корхайский фрегат, который назвали «Викингом», потряс воображение Талызиных, они долго ходили по всем его палубам, открыв рты — слишком отличался этот странный корабль от всего привычного. Четыре скрученные плоскости, наполовину энергетические, наполовину состоящие из вещества в неком особом агрегатном состоянии, пересекались и постоянно изменялись, увеличиваясь или уменьшаясь по мере надобности. Управлялся «Викинг» исключительно мысленно, через имплант, как, впрочем, и имперские корабли, но имелись существенные отличия — здесь все шло в режиме транса. Необходимо было быть инициированным пространственником, чтобы хотя бы взойти на борт. Да о чем речь, в компактном состоянии корабль походил на что угодно, но только не на космический корабль. Он превращался в едва заметное световое полотнище, смещаясь в иное фазовое пространство, и проникнуть в него было совершенно невозможно, если не имеешь допуска и корхайского импланта в пятой оболочке души. Зато если имеешь, то вход появится перед тобой в пределах ближайших пяти световых лет, где бы ты ни находился. Внутри разум или же дух корабля мог формировать любые интерьеры, а назвать это существо искином не поворачивался язык, это было нечто совершенно иное, а что именно, не знали даже Лао-Цзы и Джошуа. Такие корабли появились незадолго до Перехода народа Корхай, и создавались по незнамо чьим, совсем не корхайским технологиям, доставшимся соплеменникам Кхалит из архива древней сверхцивилиции, обнаруженного в неких иных пространствах.
Ника сразу же нашла общий язык с духом, которого нарекла почему-то Афанасием Петровичем или попросту Афоней, что тот воспринял философски и отзывался на это прозвище, однако иронией из его ментальных образов во время общения с неугомонной девицей так и плескало. Зато с Хаянгой и Далиэль дух сошелся накоротке, чем-то эти две эльфийки, темная и светлая, ему понравились. Именно их он и собрался обучать на пилотов. Нет, Игоря тоже, но к этим двум девушкам отношение у Афони было особым и информация им давалась расширенная. Они, конечно, делились ею с остальными, но сами учились управлять фрегатом намного быстрее.
Отрешившись от воспоминаний, Игорь попытался мысленно протянуть линию от одного пятна до другого. Это, как ни странно, получилось очень легко, и воодушевленный первым успехом парень принялся связывать световые пятна, формируя какую-то фигуру. На первый раз простенькую — треугольник, вписанный в квадрат. Как только фигура оказалась завершена, нечто невидимое, но слегка пугающее, спросило: «Активировать?».
— Вить, тут меня чего-то спрашивают про активацию, — повернулся к наставнику Игорь.
— А, завершил первую фигуру? — улыбнулся тот.
— Ага, треугольник в квадрате.
— Знаю этот мир, мы туда не особо суемся, населен ящерами, с нами генетически несовместимыми. Дикари пока, не уверен, что выживут и достигнут чего-либо, слишком злобные и хищные. Так что безбоязненно активируй, но сам туда пока не лезь и девчат своих предупреди — съедят, там биосфера очень активная, не хуже, чем на Пандоре. Без скафандра биозащиты соваться запрещено. Ну да у вас они есть, так что все просто, но без дела все равно лучше туда не ходить. И да, не забудь навесить на плетение блок стабилизации. Это обязательно, ты знаешь причину.
— Хорошо, — кивнул Игорь и скомандовал невидимому нечто активацию, присоединив к плетению указанный блок, который его научили создавать прежде всего остального.
По связывающим световые пятна линиям пробежали огоньки, они налились опаловым светом и на мгновение словно погасли, а затем метрах в двадцати от ученика с наставником появилась легкая туманная дымка, сквозь которую виднелись поросшие мхом стволы деревьев. Однако физически проход все еще не был открыт, требовалось еще одной действие через инверторы, чтобы два мира соприкоснулись.
— В любом случае никогда не суйся в только что открытый проход без разведки, если ты только не бежишь от какой-то опасности, но даже тогда соваться можно только в проходы, открытые в хорошо известные тебе места, — поднял палец Виталий, его тон стан менторским. — Для начала отправляй разведывательных дроидов, я не зря потребовал, чтобы каждый из вас носил в пространственном кармане не меньше полусотни таковых.
Пространственные карманы были еще одним немалым плюсом корхайских имплантов, причем положенное в них сохранялось даже после смерти текущего тела и рождения в новом. Они привязывались чуть ли не к самому атману. Игорь попытался выяснить, как это реализовано, но ничего понять не смог, функционирование кармана объяснялось сложнейшими математическими выкладками, причем далеко не земной математики, и просто пользовался удобным устройством, храня в нем целую кучу нужных вещей, которых так не хватало во время похода по Владии. Теперь у него всегда имелись при себе нужные инструменты и материалы, плюс запас продовольствия и медикаментов.
