Чем только я его не занимала, разве что цыганочку с выходом не танцевала, пока ребята не позвонили мне и не дали зеленый свет. Мы прогулялись по всем этажам, которые принадлежали Top Gear, я рассказала ему о Хаммонде, чуть ли не показала все достопримечательности, которых касалась его сиятельная десница, мы говорили о том, как работается с этим человеком и о том, как он сам работает. В общем, парень мог идти домой уже после моей содержательной экскурсии с набором материалов к целому циклу статей о Ричарде.
- Может, выпьем после работы пару коктейлей? – поинтересовался он.
- Извините, но, к сожалению, меня ждут дома, - сказала я, почти не погрешив против правды, а точнее надеясь, что сказанное хоть как-то соответствовало правде.
- И на что я надеялся, - улыбнулся парень. – Такую девушку должен кто-то ждать.
*Ага, британский актер с неопределившимися намерениями и его хитрожопая племянница*
Я улыбнулась и промолчала, решив не утруждать бедолагу новыми вопросами и догадками, тем более, что после незапланированных развлечений гостей, я должна была бежать и разбирать свои проблемы насущные, пока мне не настучали по котелку действительно по делу.
- Хеллс, я не хотел тебя так подставить, - подкатил ко мне Борн. – Но Кларксон так разорался, что я растерялся. Я не знал, что делать. Я так подставил тебя с этим расписанием.
- Да, - согласилась я. Он посмотрел на меня так, будто я надругалась над его лучшими чувствами.
- Но ведь я только что попросил у тебя прощения.
- А теперь вали отсюда, - сказала я, не желая продолжать разговор. Мужики, неужели они все думают, что, попросив прощения, совершают подвиг, достойный преклонения и восхищения. Сказали «извини» и ждут, когда им лавровый венок на голову возложат. Идиоты! Я не готова была даже сделать вид, что простила его. Обида от незаслуженного оскорбления жгла меня изнутри. К тому же я переживала, как бы этот инцидент не испортил наши с Кларксоном отношения. Не так легко было мне завоевать его уважение, чтобы вот так на ровном месте потерять.
- Я же… - начал Джейсон, но Уильям, наблюдавший сцену, пригласил его в кабинет.
***
Неужели после всех неудач и унижений я дома? Мне просто не верилось, что вот она широкая тяжелая дверь, за которой я могу спрятаться от проблем на работе, мокрого снега за шиворотом, холода и сырости улицы (это у нас сантиметр снега не остановит даже Lamborghini последней модели, а тут буквально весь общественный транспорт стоял в пробках), сломанной набойки (пополам она у меня еще не ломалась) с последующим прицокиванием на правую ногу и мыслей о завтрашней взбучке от шефа. Уильям очень хотел пригласить меня в кабинет после Джейсона, но решил, что я не стою того, чтобы задерживаться ради меня после официального окончания рабочего дня.
Я вошла в коридор и закрыла за собой дверь. Из гостиной слышался приглушенный голос Билли Холидей, пахло горячим шоколадом с корицей. Как же здесь хорошо! Я стянула неустойчивые каблуки, взгляд на которые поубавил первоначальный энтузиазм. Завтра придется надеть замшу, а эти до работы закинуть куда-то в ремонт, о чем желательно сделать пометку в ежедневнике и будильник переставить на пораньше. Я опять с головой ушла в бытовые проблемы, параллельно снимая с себя шарф и пальто, которое кинула на столик, пока стягивала носки. И носки неплохо было бы кинуть в стирку *ты и это в ежедневник запиши, - передал привет внутренний голос*
Решив проигнорировать дельный совет, я достала из шкафа вешалку, чтобы убрать пальто. Какова же была моя неописуема радость, когда я подняла его со столика, а из-под него вывалился кекс или еще какая-то выпечка, смазанная кремом. Я со своим патологическим равнодушием к кондитерским изделиям не могу назвать подвид и вид того, что испортило мое пальто розово-салатовым жирным разводом на спине.
Неужели так тяжело было убрать этот огрызок со столика в коридоре? Халк зол! Я помчалась на звуки Билли Холидей, готовясь излить на слушателя джаза весь свой сегодняшний гнев и недовольство. Он повернулся ко мне и улыбнулся, что чуть не пошатнуло первоначальные планы.
- Я знаю, что ты не любишь это мое пальто, но оно такого не заслужило, - начала я.
- Не то что не люблю, - сказал Бенедикт, обескураженный моим тоном, - просто оно выглядит, как изделие Hugo Boss, когда они в 40-вых обшивали армию Третьего Рейха.
- Хватит заговаривать мне зубы нацистами, - разозлилась я и бросила ему пальто. – Кто оставил в коридоре свои пирожные? Тяжело было их убрать? Неужели я так много прошу? Не делать в коридоре свалку.
