Тео рассмеялся.
— Уважения к деду? Где его раздают, мне самому не хватает?
— Мы отведём тебя к профессору Кэрроу и заодно покажем ему эту блестящую штуковину. Пусть он сам решает, что с тобой делать.
«Как глупо! — подумал Теодор. — Мышка так упорно спасалась от кошки, а та лишь играла с ней, наблюдая за мелкой вознёй. Тёмному Лорду всё было известно».
Он, Тео, и был самонадеянной мышкой, которой отрезали все ходы к отступлению. Или не все? Лестница, приведшая его в ловушку, загудела и стала отъезжать вправо. Секунды хватило, чтобы Теодор вскинул палочку и запустил в отвлёкшегося Крэбба парализующим проклятьем. Винс шмякнулся донельзя удачно — завалился на закадычного дружка. Диадема выпала из онемевшей ручищи Винсента и, подпрыгнув пару раз, сверкая боками, ухнула вниз.
— Акцио, диадема! — вскричал Нотт, перегнувшись через перила, но — что за чертовщина! — та не откликнулась на заклинание. Она со звоном упала на мраморный пол и закрутилась у ног взявшегося откуда-то внизу Малфоя. Драко поднял голову, обменявшись одинаково изумлёнными взглядами с Ноттом.
— Депримо! — завопил Гойл, столкнув с себя Крэбба.
Пролёт тряхнуло. Пол под действием заклятия просел. Теодор едва удержался на ногах, вцепившись в перила что есть мочи. Большущий кусок мрамора откололся от площадки и едва не пришиб Малфоя. Но Теодору и без хлопот о здоровье Драко приходилось несладко. Его часть площадки быстро разрушалась, накренившись, как палуба идущего ко дну корабля.
Грегори осклабился. В отличие от Тео, Крэбб, пришедший в себя, и Гойл были вне опасности.
— По трубе по водосточной паучок взбирался, но полился дождь, и крошка смытым оказался,(1) — пропел Винсент и топнул в опасной близости от разрастающегося провала.
Теодор быстро оценил ситуацию. Выводы не утешали. Выбирать особо не приходилось: взмах палочки будет дорого ему стоить. Не Гойл, так Крэбб метнёт в него проклятье. Одного хватит, чтобы присоединиться к Малфою. Хорошо, если обойдётся ушибом, ведь с переломанными конечностями далеко не убежишь. А ведь он мог бы сейчас быть далеко-далеко, где-то на побережье Австралии. Туда Люпин отправил его мать, вручив билет на обыкновенный маггловский рейс и поддельные документы на имя Агнессы Смит. Деревянные домики, пляжи и велосипедные дорожки, — этого на «зелёном континенте» было в избытке.
Грегори, видно, тоже сообразил, что к чему, хоть и не двигался с места, лишь расплылся в страхолюдной ухмылочке:
— Одна попытка.
Тео посмотрел на Драко и подмигнул. Малфой вытаращил глаза и яростно замотал головой.
— Ты псих, Тео. Ты псих!
— Экспульсо! — выкрикнул Нотт, ударив в уцелевшую часть площадки.
Заклинание раздробило стену, пол, ближайшую лестницу… Гойл завизжал как девчонка, потеряв опору под ногами.
Втроём слизеринцы полетели вниз.
— Арресто Моментум! — воскликнул Малфой.
Тео ощутил рывок в области пупка, будто был пойман на невидимый крюк рыболова. Падение замедлилось, но не настолько, чтобы приземление прошло совсем безболезненно. Драко исхитрился поймать в воздухе всех троих, однако Тео повезло больше остальных — он упал на пол, а Крэбб и Гойл — на каменное крошево. Рядом блеснуло что-то синее. Диадема! Теодор схватил серебряный обод, испачкав его кровью. Ладони были содраны, пока он цеплялся за жизнь тремя пролётами выше.
Полдела сделано. Дальше по обстоятельствам.
— Не дай ему уйти, Драко! — выбираясь из-под завала, прохрипел Винсент.
Малфой замешкался. И тут со стороны вестибюля грянуло:
— За Дамблдора! За Гарри Поттера!
Яркие вспышки озарили стены замка, и Тео почувствовал, что не всё так плохо. Из-за угла выскочил Лонгботтом, за ним Финниган и Патил. Слизеринцам пришлось отбиваться от посыпавшихся атак. Грегори, пропустив несколько магических подсечек, пришёл в ярость и дотронулся до предплечья с уродливым клеймом.
— Беги, чего встал? — крикнул Лонгботтом, поравнявшись с обескураженным Тео. — Уходи через кухню!
— Но как? Откуда вы… Спасибо!
— Гермиона просила приглядеть за тобой, — ответил Лонгботтом. В пальцах Невилла мелькнул золотой галлеон. — Ребята ждут тебя снаружи. Не подведи их!
Тео свернул налево и помчался по подземелью. Он пронёсся мимо кладовой и круглой двери гостиной Хаффлпаффа, из которой на шум высыпали ученики, и был в одном повороте от картины с фруктами, когда кто-то настиг его на подходе к кухне. Нотт рывком развернулся, но всё равно был нещадно вмят в стену спиной.
Блейз. Тот, кому Теодор больше всего на свете хотел начистить физиономию.
— Почему?! — выкрикнул Забини, встряхнув Тео за плечи.
— Почему что?!
— Почему ты перешёл на их сторону?
— Очнись, Блейз! Я никуда не переходил, потому что никогда не был с вами.
Забини разразился замысловатыми проклятьями, но отошёл на шаг, позволив Тео перевести дух.
— Ты сдал меня Лорду? — с горечью спросил Нотт.
— Чего? Ты в своём уме?
— Он знает о побеге Грейнджер, о том, что я помог ей.
— Это Ван Хален, чёрт возьми! — вспыхнул Блейз, побагровев. — Он Пожиратель смерти. Я видел его на приёме у Малфоев. Теперь он зовёт себя Регулусом Блэком.
— Ничего не понимаю.
— Оно и видно, — процедил Забини.
— Ты уверен?
