— Он жестокий волшебник, — сказала Джинни. — Он напал на нас в Отделе Тайн и ранил Луну, а сейчас мы даже не знаем, где она. Пожиратели смерти могут быть образцовыми папашами, но это не отменяет того, что они преступники! Только не говори, что твой отец не хотел этого или подчинялся из страха, а на самом деле он хороший.
— Поэтому ты не доверяешь мне? Полагаешь, я такой же? Шпион Пожирателей смерти?
— Ты слизеринец, — как будто это всё объясняло, произнесла Джинни.
— Слизерин — не рассадник вселенского зла, — сказал Нотт. — Независимо от декларируемой морали и этики. Ты пристрастна.
— Да ну?!
— Ну да, — улыбнувшись, ответил Теодор. — А насчёт отца… Я помню, как он приходил в мою детскую и рассказывал истории о волшебниках и драконах. Он не читал мне. Отец никогда не любил читать, так что придумывал на месте. А иногда он плакал. Я был совсем маленьким, обычно дети забывают всё, что происходило с ними в таком возрасте.
— Почему он плакал? — нахмурившись, спросила Джинни.
— Не знаю, — со слабой улыбкой сказал Нотт. — Может, жалел, что «Тот-Кого-Нельзя-Называть» проиграл, может, потому что моя мама — магглорождённая, а может, у него была аллергия на детское мыло, которым пахла кроватка. Я не знаю. Но никто не заставлял его приходить ко мне и рассказывать сказки.
Ещё один автобус показался из-за угла, вздымая колёсами позёмку. Джинни снова увидела трёх львов (1) на его боку, и ей вдруг захотелось оказаться в уютном зале «Кафе мадам Паддифут» с чашечкой горячего шоколада между ладонями и слушать о парящих в воздухе пузырьках. (2)
Комментарий к Глава 53 — Джинни
1) На гербе сборной Англии по футболу изображено щитообразное поле, внутри которого три льва в окружении десяти роз Тюдоров, а над гербом красуется звезда, которая символизирует победу на чемпионате мира 1966 года.
2) Песня «I’m Forever Blowing Bubbles» — гимн клуба «Вест Хэм Юнайтед», который исполняется болельщиками перед каждой игрой.
========== Глава 54 — Теодор ==========
Потолок в Большом зале заволокло тучами, сгущавшимися с каждой минутой. Настроение Драко, сидящего напротив Тео, соответствовало «погоде». Забини, обычно отвечавший за отсутствие душевного покоя у Малфоя, на сей раз был не при делах: он увлечённо щебетал с младшей Гринграсс. Астория как-то незаметно для окружающих преступно похорошела. Панси неодобрительно поглядывала на парочку, с остервенением уминая яичницу за себя и свою подругу Милли. Сама Миллисента что-то черкала в свитке с расписанием, пока старшая Гринграсс отчитывала подравшихся прямо на скамье третьекурсников, грозя снятием баллов в двойном размере.
Мальчишки опасливо покосились на Тео. Он невольно прикоснулся к значку префекта на мантии.
— Хватит с ними нянчиться, Дафна! — заныл Блейз. — Идите ругаться в другом месте. Вы мешаете мне наслаждаться завтраком.
— Почему бы тебе не показать им личный пример и не прекратить тарахтеть, — едко сказал Драко. — От звука твоего голоса у меня даже запеканка скисла.
— Понятия не имею, что за бурду ты там ешь, но она наверняка скисла от вида твоей физиономии, — парировал Забини.
— Вот опять, теперь сок забродил.
Паркинсон некрасиво захихикала.
— О, Драко, — томно протянул Блейз. — Что, без Поттера не к кому цепляться? Может, мне очки надеть для большего сходства?
— О, Блейз, — деловито рассматривая ноготки, сказала Паркинсон, — ты просто завидуешь Драко. Он прошёл отбор на место ловца, а ты третий год годишься только в загонщики. А какой Драко сделал штопр на последней тренировке!
— Как-как ты произносишь это слово? Штопр?
— Отвяжись, Забини!
— Оставь Панси в покое.
Тео раздосадовано вздохнул. Рано или поздно ему придётся покинуть школу.
Он будет скучать по этим дующимся на пустом месте идиотам, по своему выстраданному годами значку старосты, по «Нимбусу» в чулане для мётел, по незаконченному проекту для профессора Вектор и заначке медовухи в старом классе заклинаний. Даже по Паркинсон, пираньей сметающей еду со всех тарелок в зоне доступа, а потом в слезах пререкающейся с волшебными весами.
Он обещал Поттеру достать диадему.
Дурацкая просьба.
Зачем Избранному диадема? Ума набраться? Так у него была Грейнджер, которая неплохо соображала без украшений времён Мерлиновой бабушки. Продать? За артефакт Ровены Равенкло можно выручить состояние, которого хватило бы каждому Уизли до конца жизни.
Пока Нотт увлёкся собственными думами, Забини с Малфоем перешли на шипение на низких тонах. В ход пошли обещания «жу-уткой расправы».
— По десять баллов с каждого! — объявила профессор МакГонагалл, остановившись у слизеринского стола. — Отработка, господа. Мистер Филч давно просил прислать ему помощников для уборки в совятне. А сейчас поторопитесь на занятия. У вас десять минут до колокола.
— Вот мегера, — прошептала Панси ей в спину. — Драко, ты должен обратиться к директору. Он отменит отработку.
— Подбиваешь Драко на внеочередной сеанс подхалимажа? — промокнув губы салфеткой, съехидничал Блейз, прекрасно зная, как легко вывести Драко из равновесия.
