— Тридцать, — недовольный полученным поручением сказал коротышка. — Яд старый, поздно собрали. У меня тут с полдюжины банок с качественным товаром, что вашему не чета…
Волшебники ещё долго препирались, пока Хвост не сунул в руки охотнику мешочек с деньгами. Регулус повернул назад и, очутившись у глухой стены, зашарил по камням. Один заметно выступал. Оставалось только нажать на него, утопив до основания. Стена поползла вправо. В туннель ворвался поток свежего воздуха, от которого у Блэка перехватило дыхание.
Через несколько минут охотник тоже вышел. Он грязно выругался, помянув Мерлина и его родню, и побрёл в том же направлении, в котором некоторое время назад скрылся Грейбек.
Регулус снова вернулся к стене. Сколько у него времени? Минута. Две. Больше? Рука на сей раз быстро наткнулась на выступающий камень, и Блэк с силой надавил на него. А дальше спуск и дверь, из которой должен был выйти коротышка.
Регулус занёс кулак и с секундной заминкой обрушил его на дверь.
— Ну что ещё?
Замочная скважина осветилась с противоположной стороны, раздался лязг. Водянистые глазки уродливого волшебника с седыми всклокоченными волосами пытались выудить из темноты того, кто стучал.
— Империо, — указав палочкой ему в лицо, произнёс Регулус.
Жёлтая дымка окутала голову его цели, забираясь в ноздри. Глаза коротышки блаженно закатились.
— Дай мне пройти! — приказал Регулус. — Ты и есть Хвост? Хорошо, — Блэк немного растерялся, откровенно не зная, с чего начать. — Покажи мне… покажи мне пленников из Ордена Феникса.
— Следуйте за мной, — раболепно кивая, откликнулся Хвост.
Он зажёг Люмос на кончике палочки и повёл Регулуса по коридору. Окон не было, здесь царил вечный полумрак, разгоняемый лишь редкими факелами. Летучие мыши, облюбовавшие потолок, реагировали на свет и били крыльями, выказывая недовольство. У Регулуса зашевелились волосы на затылке при виде убранства камер за барами. Завернувшиеся в одеяла, как в коконы, люди глазели на него, будто звери, отвыкшие от света и человеческого голоса. Некоторые заключённые находились в ужасном состоянии. Их, безусловно, недавно пытали. Гоблин, высунувший рыльце из-за решёток, смотрелся здоровее остальных вместе взятых.
— Я хочу поговорить с Аластором Грюмом, — немного помолчав, произнёс Регулус. — Он здесь?
— А как же! — часто закивал Хвост так, будто сейчас его голова перевесит. — Повелитель приказал следить за ним с особой тщательностью. Хотя куда он денется без магии-то?
Тёмный Лорд превратил его в сквиба на глазах у Пожирателей смерти, среди которых был и Регулус. Он видел, как магия покидает тело аврора и будто впитывается в самого Лорда, перетекает в его жилы, оседая под кожей. Это казалось неправильным. Так нельзя. Это против всех магических законов.
— Пришли, — объявил Хвост, указав на человека в грязном тряпье. Только тогда Блэк заметил, что рука Хвоста отличалась от человеческой, отливала серебром.
— Аластор Грюм?
— Блэк? — каркнул тот, щурясь здоровым глазом. Голос прозвучал так, словно горло мужчины заржавело изнутри. — Ты помнишь своё обещание? — груда тряпья пришла в движение, и в ту же секунду Регулус ахнул от боли, вспыхнувшей в правой руке. Он задрал рукав мантии и обнаружил на коже тугую золотую нить, едва заметной линией убегающей от его запястья к запястью Грюма. Непреложный обет! Грейнджер не солгала.
— Я надеялся, вы сможете ответить на мои вопросы, — взволнованно сказал Регулус.
— Что ты хочешь знать?
— Всё! Расскажите мне, как погиб мой брат!
— Твой брат? А что с ним не так?
— Кто убил Питера Петтигрю и предал Поттеров? Отвечайте! И почему я связан с вами Непреложным обетом?
— Память стала дырявой, да, Блэк? Теперь ты снова бегаешь в свите змеемордого, впрочем, нос он себе как-то отрастил. Хорошо, но предупреждаю, что я не склонен к благотворительности. Помогу с одним условием, — Грюм поскрёб бороду. — Ты-то меня и убьёшь.
— Ч-что? — пробормотал Регулус.
— Жизнь калеки сама по себе не сахар, а жизнь маггла-калеки вовсе не для меня. Я на пороге смерти столько раз оказывался, что тебе, мальчишка, и не снилось. Я не боюсь, так что избавь меня от игры в невинность.
Регулус стиснул палочку. Внутри вскипело раздражение. Нет! Он ощутил ненависть, жгучую ненависть к человеку напротив, к убийце Эвана, который сейчас хотел, чтобы Регулус оказал ему… Что? Услугу? Милость? Как назвать просьбу об убийстве? И не просьбу вовсе, а требование! Возможно, отчасти Грюм прав. Он был воином, примером для подражания юных идеалистов, а теперь… Не верилось, что лишённый ноги и глаза измождённый старик когда-то мог забрать жизнь у Розье.
Сукин сын.
— Я сделаю это, — холодно сказал Регулус. — Говорите.
Грюм кивнул в сторону Хвоста.
— Узнаёшь? Ведь он и есть…
— Авада Кедавра! — голос выплеснулся будто бы из ниоткуда, отражаясь от каменных стен подземелья.
Зелёный луч угодил в грудь старому аврору, и тот обмяк, повалившись на пол замертво.
Ошеломленный увиденным, Регулус вскинул палочку и развернулся. Рудольфус Лестрейндж словно соткался из темноты перед ним, разбавив её светом Люмоса.
— Ты убил его! — воскликнул Блэк.
