Императорская казна — лиана, от процветания которой хиреют остальные растения.
Никто еще не убил своего преемника.
Вручая, по обычаю, префекту претория знак его власти — кинжал, Траян неоднократно ему напоминал: «Даю тебе это оружие для охраны меня, если я буду действовать правильно, если же нет, то против меня».
Я хочу быть таким императором, какого бы я сам себе желал, если бы был подданным.
Лучше оставить преступление безнаказанным, чем осудить невиновного.
Годы редкого счастья, когда каждый может думать, что хочет, и говорить, что думает.
Будь счастливее Августа и добрее Траяна!
Придя к убеждению, что «в мире нет ничего, что было бы достойно ее!», мужчина предлагает себя.
Мои штаны, бывало, протирались настолько, что, случись мне сесть на одноцентовую монету, я отличил бы орел от решки.
Все что нужно актеру — выучить роль и не натыкаться на мебель.
Требуя равного гонорара с Кэтрин Хепберн:
— Это кино, а не спасательная шлюпка, где женщин пропускают вперед.
Одна только мысль о том, что я доставляю ему удовольствие, уже доставляла огромное удовольствие мне.
Войну прекращаем, мира не заключаем, армию демобилизуем.
Если мы уйдем, мы так хлопнем дверью, что вся Европа содрогнется.
Я не еврей, я интернационалист.
Перед отправкой Троцкого в почетную ссылку в 1924 и 1925 годах газеты публиковали медицинский бюллетень о плохом состоянии его здоровья. После этого на вопрос «Как ваше здоровье?» Лев Давыдович будто бы отвечал: «Не знаю, я еще не читал сегодняшних газет».
Грызите молодыми зубами гранит науки!
Старость — самое неожиданное, что поджидает нас в жизни.
Спад — это когда ваш сосед теряет работу, кризис — когда работу теряете вы.
Если не можете убедить — сбейте с толку.
Я человек с восемью язвами на четырехъязвенном жалованье.
В детстве я хотел стать тапером в борделе или политиком. Разница, по правде сказать, небольшая.
Будь всегда искренен, даже если у тебя на уме совсем другое.
Если мы увидим, что побеждает Германия, мы должны помогать России, а если начнет побеждать Россия, мы должны помогать Германии, и пусть они убивают друг друга как можно больше.
Единственный верный друг в Вашингтоне — это собака.
