— Пегий, — ухмыльнулся тот и сдернул шляпу с головы. И вправду, волосы его какого-то странного белесого цвета, как будто седина перцем посыпана. — За это и прозвали.
— Абордажник, — кивнул я. — Это ты вместе со штурмовиками на борт галеона сиганул?
— Я, — Пегий снова раздвинул губы в ухмылке. — Невмочь было сидеть, когда дележка идет.
— Свою долю и призовые получил?
— Спасибо, командор, уважил. Теперь я богач.
— Не ври, богач ты…, - хмыкнул я и глянул на распахнувшуюся дверь. Это корабельный коновал заявился. — Ладно, потом поговорим. Сейчас убери труп отсюда и положил его на палубе. Только прикрой брезентом. С рассветом объявлю построение. Кто-то ведь помог чужаку проникнуть на корабль. Надо срочно выяснить, но без шума.
— Понял, передам подшкиперу, — кивнул Пегий и быстренько организовал эвакуацию тела наружу.
Лекарь тщательно осмотрел мою рану и успокоил. Лезвие не задело ребра, повредив лишь мягкие ткани. Но разрез был внушительный. Пришлось терпеливо ждать пока его зашьют и обработают какой-то мазью. Замотав чистой холстиной рану, коновал посоветовал выпить приличную порцию рома и поспать. Поблагодарив за помощь, я отпустил его, но следовать его советам не стал, а более тщательно исследовал свою каюту. И обнаружил под намертво прикрученном к полу шкафу лаз, ведущий вниз, в матросский кубрик. Получается, что убийца находился среди моего экипажа, и как только я появился на корабле, поднялся по лазу вверх, затаился в укромном месте и выждал момент.
— Михель, — выйдя на палубу, я подозвал к себе помощника. — Выстави охрану из наших штурмовиков по всему кораблю и возле кубрика. Никого не выпускать наружу до самого утра. И поглядывай за вахтенными, как бы кто не улизнул. Но без шума.
— Как убийца оказался у тебя в каюте? — задал правильный вопрос дон Ансело.
— Подозреваю, что в матросском кубрике между переборками есть вентиляционный короб. По нему и пробрался снизу этот упырь. А выход получился прямо в шкаф. Вот и спрятался там.
— Если был лаз, значит, кто-то должен хорошо знать устройство брига, — задумался Михель. — Вероятно, этот короб заделали при переделке корабля, а шкаф был поставлен там не просто так. Может, запасной выход в случае нападения…
— Возьмешься за это дело с утра, — приказал я. — Найди мне ублюдка, который провел наемника на корабль.
— Сделаю. Как рана?
— Все в порядке, жить буду. Пойду-ка, все же прилягу. Голова кружится.
— Я поставлю для охраны человека в твоей каюте, пока ты отдыхаешь. И снаружи еще парочку, — безапелляционно заявил дон Ансело, за что получил благодарственный хлопок по плечу.
Побудка сегодня была ранней. Белесые космы тумана обволакивали влажные борта кораблей, поднимались вверх до самых верхушек мачт. Вокруг все было сыро: такелаж, леера, надстройки, ванты. Поеживаясь от холодка, пираты с ворчанием перебирали босыми ногами по палубе, а боцман Паук Брайм свирепо вращал глазами и тычками своих огромных кулаков пытался выровнять строй.
Я вместе с Паскалем и доном Ансело спокойно стояли возле тела убитого мною наемника, прикрытого куском парусины, и ждали, когда установится тишина. Пираты с любопытством и настороженностью глядели на нас, еще не понимая, зачем понадобилось всех выгонять наверх и устраивать какой-то смотр.
— Хватит языками чесать, медузы! — не выдержал Паскаль. — Заткнули свои поганые рты и слушайте внимательно! Сегодня ночью командора пытались убить… Тихо, я сказал! Какой-то ублюдок прокрался по вентиляционному коробу из матросского трюма в каюту капитана и спрятался в шкафу. Но мы же все знаем, что Игнат — удачливый фрайман, ему покровительствует Кракен, а эта крыса не знала!
Пираты загудели от услышанного, строй дрогнул и подался вперед, но Паук Брайм во всю мощь своих легких свистнул в дудку, призывая к порядку. Я внимательно разглядывал лица своих матросов, пытаясь найти в них хоть малейший намек на предательство. Да, многим я не нравился, чего скрывать. Но большая часть экипажа все-таки качнулась в мою сторону из-за шлейфа славы и удачи, тянущегося за мной с Инсильвады. Удача как капризная девка, ее всегда нужно держать за хвост, иначе познаешь все прелести падения в пропасть забвения.
— Я хочу знать, кто помог этому куску мяса проникнуть на «Тиру» и спрятаться в вашем кубрике! Среди вас есть крыса, и я намерен ее поймать!
Он наклонился и сдернул парусину с тела. Пираты снова заволновались, жадно вглядываясь в лицо лежащего.
— Кто помог ему? И как зовут эту падаль? — повторил вопрос Паскаль и пихнул носком сапога безжизненно лежащую руку.
В ответ было молчание. Никому не хотелось навлечь на себя гнев командора и подшкипера. Назвав имя, человек автоматически признавался в преступлении.
— Хорошо, будем стоять до тех пор, пока не скажете имя, — кивнул помощник. — Без завтрака, обеда, ужина. Кок, ты меня понял?
— Да, подшкипер, — угрюмо бросил упитанный пожилой бритоголовый пират в потрепанной куртке. — Но я его впервые вижу.
— Не поверю, что никто ни разу не встречал его на Керми, — скривился Паскаль. — Боитесь? Хорошо, будем стоять.
