Корабль беспомощно закачался на волнах, лишь инерция и сила волн теперь несли его к берегу.
Неизвестно откуда появившийся Нэд схватил Мари за руку и потащил ее к корме, вернее, к тому, что когда-то было кормой.
– Черт! – прохрипел он. – Мы горим.
В этот момент Том Ганн наконец выбрался на палубу, и Мари с ужасом подумала о том, что творится там, внизу. Орудия, каждое весом в полторы тонны, ничем не сдерживаемые, сорвавшиеся со своих мест, несут смерть каждому, кто случайно окажется на их пути, и в конце концов, пробив борт, падают в воду…
И все же каким-то чудом они еще были на плаву и двигались впереди «Брестона». Мари бросила взгляд на штурвал. Глаза ее наполнились слезами. Пул больше не стоял на ногах – их у него просто не было, однако каким-то образом он умудрился просунуть руки между спицами, и теперь штурвал не поворачивался. Этот забулдыга, когда-то угрожавший ей, ценой своей жизни дал им, оставшимся, еще один шанс на спасение.
Кто-то зовет ее по имени. Том Ганн… Но она не может уйти просто так. Где Шелби, Бен, Поучер?
«Шпага Корнуолла» уже почти вся была охвачена огнем. Неудивительно, что «Брестон» не подходит ближе. Сейчас они взорвутся.
Нэд схватил ее за плечи и встряхнул.
– Да очнитесь же наконец, капитан! У нас всего несколько секунд, чтобы убраться отсюда…
Но Мари не двигалась. Ее корабль горит… Там внизу все их сокровища!
– О Нэд… Мы все потеряли.
Сильный толчок, потрясший «Шпагу Корнуолла», перебросил Тома Ганна через борт, и он скрылся в бурлящей воде. Тогда, поняв, что Мари уже не владеет собой, Нэд обхватил ее за талию и перекинул через борт, а затем сам прыгнул следом.
Мари глотнула соленой воды, захлебнулась и, отплевываясь, вынырнула на поверхность. От холода она наконец пришла в себя и только теперь отважилась оглянуться назад. «Шпага Корнуолла» пылала, словно огромный факел. Мари вспомнила о людях, оставшихся под обломками, и содрогнулась от ужаса. Какая страшная смерть…
Собрав всю свою волю, она поплыла к берегу. Еще сорок ярдов, но хватит ли у нее сил…
Неожиданно чья-то рука коснулась ее плеча. Нэд… По крайней мере ей не придется умирать в одиночку. Кругом вода, огонь, смерть, а берег так близко…
И тут она ощутила под ногами песок. Слава Богу, они доплыли. Словно в тумане, Мари наблюдала за тем, как Нэд, пошатываясь, встает на ноги, откашливается, выплевывает воду. Теперь туда, к холмам, спрятаться…
– Ложись! – скорее угадала, чем услышала она.
Нэд рванул ее вниз, на землю, и тут же упал на нее сверху. Взрыв, прогремевший сзади, казалось, разорвал самый воздух вокруг. Все закружилось в бешеном вихре, к небу взлетели обломки дерева, обрывки канатов, золотые слитки, пышущее жаром железо. Мари увидела, как приближавшиеся к ним английские моряки в красных мундирах попадали на землю, став жертвами смертоносного взрыва, однако тут же появившиеся из-за деревьев новые шеренги уже двигались в их сторону. Она с трудом выбралась из-под неподвижного тела Нэда.
– Англичане! Вставай, нам надо бежать!
Вместо ответа Нэд как-то странно перекатился на бок, и Мари увидела что из спины его торчит обломок дерева, а на груди расползается темно-красное пятно. Она сжала руку своего верного товарища; он в ответ благодарно улыбнулся ей… и умер.
На море догорающие обломки ее корабля с шипением скрывались под водой, и Мари чувствовала, что больше не может выносить этого зрелища. Она закрыла Нэду глаза – пусть не видит того, что происходит с ней, пусть покоится с миром.
Их преследователи были уже рядом, и все же она еще могла спрятаться в зарослях, уйти от них по знакомым с детства тропинкам и где-нибудь в укромном месте переждать столько, сколько потребуется.
Но зачем, к чему? Стоит ли утруждать себя… Плача, она обняла окровавленное тело Нэда. Теперь у нее никого не осталось на свете, кроме этого мертвого друга…
Мари очнулась от едкого запаха, треска дерева, скрипа веревок… Солнце туманным бледно-желтым диском плыло в густом облаке дыма, поднимавшегося над Ла-Каше. В который уже раз город горел, превращаясь в руины. Она отвернулась от страшного зрелища… и взгляд ее наткнулся на еще более ужасающую картину. Виселицы стояли совсем рядом – тела троих жителей Мистере раскачивались на ветру. Утренний бриз не освежал – напротив, он только раздувал огонь.
Мари почувствовала, что снова теряет сознание. Неожиданно чья-то рука приподняла ей голову, а у губ оказалась чашка с водой. Джузеппе! Она хотела взглядом поблагодарить его, но в этот момент караульный с мушкетом оттолкнул ее благодетеля ударом приклада.
– Пошел прочь отсюда! Когда мы решим дать ей воды, то сделаем это сами.
– В чем дело, сержант?
Моряк посторонился, давая дорогу офицеру. Мари показалось, что она узнает его. Вот он подошел ближе. Пуллэм!
Лейтенант нагнулся и внимательно оглядел ее. Если он и испытывал хотя бы малейшее сочувствие к ней, то хорошо это скрывал. Видимо, сейчас главным для него было произвести должное впечатление на подчиненных.
– Итак, вы живы. – Он быстро оглянулся. – К сожалению, я ничем не могу вам помочь. Надеюсь, вы это понимаете?
