— Да, профессор. Здесь, у истоков древнего канала, мы нашли плиту с халдской надписью. Плита, к сожалению, расколота, некоторых знаков нет, и восстановить надпись полностью мне не удалось. Вот я и решился вас побеспокоить.
— Пустяки, пустяки! От каждой такой находки я только молодею. И во мне сейчас столько энергии, сколько в этом юном геркулесе. — Профессор ласково потрепал Камо по плечу. — Ну, не будем терять время, показывайте свою плиту. Вы разобрали слово «пили»? Да, это значит «канал». Может быть, мы и на самом деле призовем на помощь кдлхозным полям канал урартийского царя Сардура? А, что вы скажете? — улыбнулся профессор председателю колхоза.
Председателя извела засуха, он сердито хмурился, и его ответ профессору прозвучал не совсем любезно:
— Вы нам только дайте воду, а чья она — царская или дьявольская, — что нам до того! Скажите нам, где вода, как ее добыть, — вот то, что нам нужно. Вы, ученые, должны это знать. Если наука не может помочь колхозу в трудную минуту, зачем нам такая наука?…
Во взгляде старика профессора промелькнула укоризна.
— Ну что же, пойдем посмотрим, что там такое, — сказал он.
Шествие открыл дед Асатур. За ним бежал Чамбар. В сопровождении председателя колхоза, учителя и своих сотрудников шел профессор Сеням. Замыкали процессию юные натуралисты. С ними была и Асмик.
Живое и доброе лицо профессора, когда он увидел камень, стало вдруг серьезным и озабоченным. Он опустился на колени и разглядывал надпись с таким благоговением, что все невольно затихли.
Наступило долгое, томительное молчание. Губы профессора медленно шевелились. Было видно, что он напряженно старается разрешить какую-то трудную задачу.
Наконец старик поднял голову.
— Я разобрал, — облегченно вздохнул он. — Сейчас я прочту вам эту надпись.
И медленно, слово за словом, профессор перевел надпись с урартийского на современный армянский язык:
— «Я, Сардур, царь страны Наири [Наири — древнее название Армении], соорудил этот канал. Проклятие и смерть тому, кто разрушит этот канал! Проклятие и кара тем селянам, кто украдет воду из моего канала!…»
Все молчали.
— Каким жестоким был этот царь! — прошептала Асмик.
— Да, цари были жестоки к простому народу и, как видите, посылали проклятия и угрозы крестьянам, которые осмелились бы орошать свои поля водой из построенных ими каналов, — сказал профессор. — Позвольте мне воспользоваться случаем и рассказать о древних каналах нашей страны.
Собравшиеся расселись на камнях и приготовились слушать.
— Вы знаете нашу Араратскую долину, — продолжал профессор. — Сейчас она вся покрыта цветущими садами, пышными полями. А в старые времена большая часть ее была пустыней. Там, где не было воды, только чертополох рос, репьё, колючки. Там, где была вода, кипела жизнь — были сады, все было покрыто богатой растительностью. Жгучее южное солнце нещадно выжигает все места, где нет воды. А если есть вода, солнце сладкими соками наливает плоды. Источник жизни, источник счастья — везде вода… В прошлом сильные, богатые отнимали у нашего народа воду. Тысячу лет назад княгиня Сюникского края Софья провела канал, который нес полям воду из реки Базарчай в Даралагёз, и под страхом смерти запретила крестьянам брать из него воду. Построив монастырь в ущелье Гндеваза, княгиня передала ему право использования канала. «Святые отцы» поставили у истока канала камень, на котором вырезали надпись, гласившую, что проклятие и смерть ожидают крестьянша, взявшего из канала воду.
Так было не только тысячу лет назад, но и на протяжении всех миновавших веков. Совсем недавно в районе Котайка, недалеко от селения Зар, мы нашли плиту, лежавшую у истока старого канала. Надпись на ней была сделана сравнительно недавно — в девятнадцатом веке, И она гласила почти то же: «Да пресечется, будет стерт с лица земли род того человека, который посмеет оросить свои поля этой принадлежащей ага [Ага — хозяин, владелец, господин] Агамалову водой»… Вот как было у нас до революции!
Еще один пример, В 1867 году и позже армяне не раз обращались с просьбами к царскому правительству разрешить им привести в порядок запущенный Эчмиадзинский канал. Разрешение было дано только в 1911 году, то есть спустя почти полвека… За селом Карби, у подножия скал, есть обильные водой родники. Крестьяне села Карби и соседних сел сорок лет подряд обращались к царским властям с просьбой разрешить им отвести воду родников на поливку садов. Разрешения им так и не дали… А при советской власти воду отвели за… сорок дней. Ее подняли на вершину горы и по каналам направили в сады у подошвы горы Алагёз. Вас интересует, был ли здесь канал? Да, здесь много веков назад был канал — в этом сомнений быть не может. Но откуда канал получал воду, как он был разрушен и куда девалась вода — неизвестно. Если верить той записи, которую вы нашли в кувшине, вода пропала после землетрясения. Так ли это? Решить эту загадку должны геологи. Мы пришлем вам геологов, сейчас же пришлем. Мы не позволим, чтобы вода пропадала даром!…
