Зрителей разместили в лесу, на краю поляны. Мы с Кукшей, он добровольно вызвался, устанавливали змея на специальные держатели, определяли по флюгеру направление ветра, дождались пока он установится. Ветер установился, он дул в сторону озера. Дождь усиливался, капли стали мельче, но их стало заметно больше. Я переживал, что конструкцию побьет каплями, разрушит. Если в этот раз не пройдет — в другой сложнее будет народ уговорить, да и ресурсов, особенно тканей, у нас не много. Разве что разорвать остатки вещей из будущего. И если не сделаю то, что обещал Буревою, увеличение этих самых ресурсов вообще останется под вопросом. Я переживал, и сильно. Настраивали змея, конструкцию, на адреналине не замечал дождя, Кукша тоже нервничал, это было видно.
— Давай, Кукша, отпуска потихоньку ворот… Так, так, не так сильно, пусть встанет змей ровно… Вот, лучше…
— Серега, — фига себе, раньше только дед себе такое позволял, фамильярность такую, — смотри, вроде встал. Ну Перун, дай знак, дай только знак!!! — Кукша, похоже, молился про себя.
— Сейчас, Кукша, гроза к нам подойдет, будем отпускать, — ветер усиливался, веревка натянулась как струна, — главное, чтобы не порвалось, да нас не поубивало. Помоги, Хосподи!
Ветер продолжал усиливаться, и слегка сменил направление. Мы вытравливали бечевку, постепенно доводя змей до высоты метров в десять. Вдруг дунул порыв ветра в сторону, противоположную нашим настройкам. Веревка просела, змей начал опускаться, Кукша убрал руки с ворота, наблюдая с досадой за тряпкой на каркасе, я тоже ослабил хват на веревке. Это нас чуть не сгубило. Следующий порыв резко дернул змея, унося его вверх. Ворот стал быстро раскручиваться. Кукша смотрел, как зачарованный, на быстро удаляющийся в сторону озера змей. Мне бечевкой сильно поранило руки, до крови.
— Кукша, беги! Беги я сказал, мать твою!!! — я схватил его за руку, силой развернул в сторону леса, и толкнул в спину. Тот замешкался, и чуть не упал. Змей стремительно летел в сторону туч, ворот угрожающе покачивался, раскручиваясь. Удержал Кукшу от падения, потянул за собой, и мы побежали. Скользкая трава, какие-то рытвины и мелкие кустики не давали бежать быстро. Куша быстро ушел вперед, а я попал ногой в лужу, поскользнулся на куске грязи, и рухнул в траву. Упал боком, на земле меня развернуло на спину. Я приподнял голову. До конструкции было метров пятнадцать. Ворот трясся, как ненормальный, и через секунды должен был разрушиться — веревка на нем походила к концу. Змей рвался вверх, как космическая ракета, все больше набирая скорость. Это конец, подумал я. Следующие доли секунд напомнили мне процесс попадания сюда. Я наблюдал все это как будто в замедленном кино.
Треск, ворот одним концом оторвался с держателя. Вся веревка была выбрана. Змей завис, вся конструкция держалась на честном слов. Казалось, еще мгновение, и весь мой план полетит к чертям. Я начал подыматься. Но тут, из глубин черной тучи протянулась тонкая, ветвистая молния. Она, казалось, на одну миллиардную секунды зависла над змеем, а потом протянула крошечный язычок к парящей конструкции, повернула к нему вся. Змей вспыхнул. Молния продолжала двигаться к змею, перешла на него, и рванула вдоль веревки. Кривая зигзагообразная, рванная и очень яркая лента уперлась в ящик с песком и…
Громыхнуло очень сильно. Шалаш, ворот, вся удерживающая конструкция вспыхнула в одно мгновение, несмотря на то, что была пропитана дождем. Звуковой волной меня больно ударило по ушам. В голове билась одна мысль: «Хоть бы получилось! Хоть бы получилось! Хоть бы получилось!». Веревка от змея упала на землю. Я медленно встал.
Как потом рассказал мне дед, зрелище было потрясающее. Он в красках расписывал мне, как прибежал Кукша, обернулся, не увидел меня, и бросился назад. Буревой удержал его. Он видел как я упал, неуклюже вскинув руки. Как со страшным грохотом молния ударилась, казалось, в то место, где я лежал. Как он уже подумал, что Перун решил наказать строптивца, решившего взять часть его силы. Как он взялся за амулет, в виде молнии, такой же, как отдал мне, когда мы братались. Крестик мой он носил, но для покровительства местных богов из дуба все равно себе сделал амулет и носил его на той же цепочке. Как вспыхнул шалаш и остатки ворота. Как на фоне пожара, под проливным дождем, и порывистым ветром, в раскатах грома и отблесках молний из травы поднялась человеческая фигура. Фигура расправила плечи, подняла руку вверх и огласила окрестности жутким, почти нечеловеческим криком, и бросилась в пожар. Как человек ногами раскидал горящие поленья, и склонился над ящиком. Как он щипцами взял что-то из ящика, и, опять жутко закричав, побежал к людям.
