И наверно на этом можно было бы остановиться… Не физически конечно, а в некоем общем смысле. Мои амбиции были вполне удовлетворены, надо мной не было начальников, я был свободен отправиться куда пожелаю, зарабатывая деньги, изучая этот мир и познавая его магию. Но был один нюанс, который всё усложнял. Давняя подруга моего наставника могла заглянуть в будущее и напророчила мне, что однажды в моих руках окажется грядущее всех ассонов. Буду силён, умел и прикрыт со всех сторон верными товарищами — направлю его по пути к процветанию, окажусь слаб, криворук и соберу вокруг себя тех, на кого нельзя положиться — выйдет худо для моего нового народа, который я уже успел вполне искренне полюбить. Да, ассоны жестокие средневековые воины, торгуют они обычно с теми, кого слишком опасно грабить, но тут в общем-то все такие, иными быть опасно для здоровья и свободы. Добрых, белых и пушистых элоев быстренько сожрут соседние морлоки по законам и обычаям войны убив всех мужчин, перетрахав всех девок и так далее. К тому же другого народа у меня тут просто не было, а в средневековье очень вредно быть одиночкой. Так что я не мог останавливаться, даже если бы всерьёз этого захотел, не с такой вводной. Мне нужно было больше силы, больше магических знаний, больше кораблей, больше верных соратников, больше всего, что может хоть как-то помочь не облажаться в тот самый «момент истины». Так что даже сегодняшнее утро я встречал, тренировкой с рогатиной против Асмунда с его монструозной секирой и Сяо с копьём, которые сейчас должны были начать гонять меня, как вшивого по бане.
Мой великанистый рыжеволосый земляк с его чудовищной физической силой и сянец, отличавшийся огромной скоростью с ловкостью, были отличным дуэтом. Встав в позицию, я кивнул противникам, взявшим оружие на изготовку, а затем резко сорвался вперёд. Играть от защиты против двух оппонентов идея изначально гиблая, обладая инициативой те быстро зажмут и уничтожат врага, так что я напал на Асмунда, идя по дуге, чтобы прикрыться им от сяньца. У него тоже древковое оружие, но им тяжело достать меня из-за спины союзника, когда я держу правильную дистанцию. Правда мой соплеменник этому отнюдь не помогал, не только отбивая небольшим щитом и немаленьким обухом мои выпады, но так же стремясь сблизиться и нанести удар, из-за чего я вынужден был начать отступать. Асмунд ещё не обрёл физических кондиций матёрых дружинников, чей очаг праны пылает как солнце, но активно к этому стремился, а потому ворочал двуручным топором одной лапой весьма бодро.
А в самый неподходящий момент Сяо выскочил из-за его спины и зашёл ко мне с правой стороны, где в руке было оружие, а не щит. Мне пришлось быстро смещаться в бок, изгибаясь под неестественным углом и благодарить эльфийскую ловкость. Правда не долго, вскоре Асмунд со всей дури ударил по моему щиту и попытался развить успех, достав мою ногу, которую я едва успел убрать из под горизонтального взмаха. Ассон правда не растерялся, но к новому удару по щиту я был куда лучше готов, применив то, что узкоглазые мастера боевых искусств называют техникой Центра Бытия. Пафосное наименование на мой вкус, всё как они любят, но оно в целом отражало суть, мирозданию крайне тяжело вредить своему сосредоточению, так что я на мгновение стал чем-то незыблемым, а секира кормчего отлетела от моего щита, будто он ударил по наковальне или целой скале. Этот частный случай стиля Железной рубашки был хорош, говорят адепты, освоившие его идеально, могли становится попросту неуязвимыми, хоть в вулкан их пихай, хоть зачарованными клинками руби. Однако в моем исполнении этого трюка было ох как немало оговорок. Я был как цельнометаллическая статуя, оружие отскакивало от моей плоти или моего щита, но лишь на секунду, в которую не мог шевелиться. Да и до полной неуязвимости было ещё далеко, топор врага по прежнему мог прорубить мои шкуру и мясо. Те обретали плотность дерева, а не какого-нибудь мифрила. Если же шевелиться, то прибавка к прочности была просто смешной, тут всё как всегда упиралось в вселенский баланс. Лишь величайшие воины пути духа могли двигаться, оставаясь неуязвимыми, остальные чем больше шевелятся, тем менее прочными являются.
