Дойдя до первого этажа, мы обнаружили запертые створки ворот с солидным засовом и первых спокойных жмуриков в виде двух эльфов, юноши и девушки, в ледяных гробах и строгих одеяниях почти без вышивок. Подойдя к ним, я проговорил:
— Это что-то новенькое.
— Мертвецы, но сохранённые. И не нежить — высказала своё мнение Астра.
— А ещё они похоже из лесных — усмехнулся Бран.
— Видимо да — согласился с ним я. Если с чертами лица всё было не очень понятно и я не знал насколько лесники отличаются от снежков, то вот волосы ярких цветов намекали именно на обитателей ныне здравствующего государства эльфов. Розовый и бирюзовый… Встретил бы на Земле принял бы за очередных панков с эмо, только остроухих — Впрочем нам без разницы. Разбивайте лёд.
Подав пример, я вдарил по прозрачному материалу зачарованной пяткой копья, от чего тот пошёл трещинами. Вскоре парочка была уложена у лестницы, где была тяга воздуха и сожжена. Кем они были? Да боги их знает. Может вообще приветственной делегацией, которую хозяева могут сходу поднять в виде слуг-нежити, неподконтрольной личу-сторожу. Тот, как видно, мог взбрыкнуть, а о моральных качествах снежных ушастиков я был не слишком высокого мнения. Особенно о Доме некромантов.
Дальнейший спуск привёл нас к довольно монументальной двери из мифрилового сплава. Но это хотя бы был не арканит, зачарована преграда оказалась пожиже, чем на южном острове, а на моём новом посохе были новые зачарования, делающие плазменную резку менее энергозатратной.
— Знакомая картина — проговорила Иви.
— Только в представительстве Дома Холодного Рассвета дверь в подземные этажи была похлипче и выбита — усмехнулся я, не желая говорить о секретном объекте на юге — Отойдите чуть в сторону, будем вскрывать.
Возражений не было, а на кончике лезвия моего копья загорелся плазменный огонь, начавший резать стык створок, нащупывая засов. Таковой вскоре отыскался, хотя металл сопротивлялся весьма долго и мне даже пришлось хлебнуть зелья маны, не желая оставаться «полупустым». Это было бы плохой идеей, на враждебной-то территории. И как не трудно догадаться, моя паранойя вскоре подтвердила своё право на жизнь.
Едва я вскрыл дверь и мы зашли в просторный зал, как из нескольких проходов в него выскочила нежить, заставив меня крикнуть:
— Отступаем на лестницу!
Команда была выполнена быстро, мы ретировались до следующего этажа и вновь встречали противника на выходи с подъёма. Только враг в этот раз был без доспехов и вооружён чем придётся. Нам противостояли явные слуги, а не воины, к тому же подняты данные мертвяки были куда как менее качественно, заклятия против нежити их почти убивали, некоторые от них падали на карачки и пытались далее наступать в таком виде, едва шевелясь, некоторые простотнетвёрдо стояли на ногах, вяло замахиваясь на хирдманов кинжалами. У парочки в руках вовсе мелькнули мясницкие топоры, вероятно мы имели дело с поварами.
— Однако опять у нас тут лесники — проговорил Бран, когда мы закончили с неорганизованной толпой врагов. Хотя толпа это конечно сильно сказано, поначалу, когда они только полезли из всех щелей, казалось, что жмуриков больше, на деле я насчитал сорок три.
— Видимо они у снежных эльфов были чем-то вроде низшей касты — пожала плечами Иви.
— Может и так — пожал я плечами — складывайте, этих тоже сожжём.
Решив вопрос с огненным погребением, мы спустились вниз и обнаружили примерно ту же планировку, что и у моих дальних родственников. За массивной дверью были караулка, оружейка, несколько кладовок и малых жилых помещений, видимо для отдыхающих смен. На следующем же этаже нас встретил ещё один крупный основной зал, но вот помещения по богам оказались поинтереснее. Снежные эльфы по видимому были весьма учёной расой, куда не приди, хоть одну лабораторию да найдёшь. Тут же их было несколько, наличествовали алхимические столы, оборудование для зачарователей, а так же места работы некромантов. По крайней мере душок некротической энергии, хирургический инструмент и столы с ремнями для фиксации «материала» присутствовали.
— С живыми работали — хмыкнул я на последнее. Чай мёртвый пациент в путах не нуждается.
— Даже лесные такого не заслуживают — проворчал Бран. Свою родню по отцу он по прежнему не любил так, что аж кушать не мог, но всё же и его ненависть имела пределы.
