Вся нервозность рассеялась, стоило ему увидеть Кору. О лучшем свидании Джейс и мечтать не мог. Кора была прекрасна, добра, приветлива и ласкова. Джейс мог бы поклясться, что от нее исходит едва заметный теплый свет. Он вручил ей красивый букет и пригласил на ужин в лучшее заведение в маленьком городке - "Розу прерий". Им было комфортно вместе, хоть Джейс и чувствовал, что подгонять Кору не стоит. Время от времени он замечал, как ее вышибало из реальности, ее глаза стекленели и она возвращалась в пекло, из которого выбралась совсем недавно.
В такие мгновения Джейс мягко звал ее, и она возвращалась к нему, немного смущаясь своей минутной слабости. О том, что могло разбередить свежие раны или старые шрамы, они не говорили. Для этого было рановато, Коре в особенности требовалось присмотреться к Джейсу прежде чем начать откровенничать. Джейс, никогда не любивший выворачивать душу наизнанку, к своему удивлению понимал, что готов был ответить на любые вопросы Коры. Но тактичная и осторожная Кора не спешила лезть на запретную территорию.
Первый совместный вечер открыл дверь для дальнейшего сближения, и они оба с энтузиазмом восприняли новые перспективы. Они встречались почти каждый день, а когда не могли встретиться, проводили по несколько часов на видеосвязи, будто подростки. Джейса даже удивляло, как охотно Кора шла на контакт, учитывая ее состояние. Ей нужно было ощущение безопасности, поддержки, нужен был якорь, привязывающий к реальности. Джейс был рад, что мог помочь Коре, мог быть полезен в трудные минуты, когда ее затягивало в водоворот воспоминаний, которые она никогда не озвучивала, или когда ее что-то провоцировало на избыточную реакцию. Или когда она кричала по ночам, просыпаясь, готовая драться за свою жизнь.
У Джейса сердце обливалось кровью, когда он видел эти отголоски внутренних страданий его любимой женщины. Если бы он мог, он бы взял на себя всю ее боль, но он мог только поддерживать ее в силу своих скромных возможностей. И при всем при этом проводить время вместе было приятно. Кора охотно соглашалась на простые радости, ранее недоступные бывшему рабу. Они смотрели вместе фильмы, которые он пропустил, выбирали мебель для его квартиры, обсуждали события, прошедшие мимо него, но имевшие значение для всех нормальных людей. Кора давала советы по разным бытовым мелочам, никогда не навязывая своего мнения. В том, как она смотрела на его попытки вписаться в свободную жизнь, не было снисходительного высокомерия или насмешки. Наоборот, казалось, ее радовал интерес Джейса к таким вещам.
Вопреки желаниям события никто не торопил. Джейс не мог дождаться, когда Кора хоть как-то проявит готовность к окончательному сближению, но воспользовался данной отсрочкой, чтобы между делами побегать в клинику и свести шрамы. За ускоренные процедуры пришлось хорошо доплатить, но результатом Джейс был несказанно доволен. Его тело снова принадлежало ему, и совершенно ни к чему было увековечивать на своей коже память о всяких садистах. После завершающего сеанса он был так счастлив, что Кора это заметила. Сначала Джейс показал ей чистые запястья, потом Кора оглядела лишенную шрамов шею... потом они быстро перешли к более обширному исследованию.
С того дня все барьеры между ними, казалось бы, были снесены. Джейса бесконечно удивляло, насколько легко ему стало говорить с Корой. Он даже сумел, правда, стесняясь как неопытный юнец, попросить Кору хотя бы по началу не затевать никаких игр... с "перчинкой". Этих "специй" ему хватило надолго, и мысль даже о безобидном связывании рук вызывала тошноту и сильнейший внутренний протест, не говоря о чем-то более затейливом.
Кора отнеслась к этой просьбе со всем пониманием и уважением, за что заслужила особую признательность своего ненаглядного. Впрочем, скучать ей из-за этих ограничений не приходилось. Джейс охотно раскрывал все свои таланты и умения для того, чтобы порадовать ее, хоть и продолжал держаться в относительно "ванильных" рамках. И Коре хватало всей страсти, нежности и ласки, которую она получала от него. Для Джейса это было новым и восхитительным опытом - обозначить границы и быть свидетелем их приятия и соблюдения.
Кора и Джейс вообще понимали друг друга, как никто другой, могли вместе посмеяться, пошутить, не боясь оскорбить вкусы и чувства друг друга, они имели схожие вкусы и представления о жизни. Могли провести вечер за просмотром какого-нибудь матча, матерясь в телевизор, попивая пиво и закусывая его острыми крылышками. И точно так же они могли провести вечер, не проронив ни единого слова, лежа на капоте нового рогатого пикапа Коры под усыпанным яркими звездами небом Айоки. Из них обоих годами вытравливали человечность, превращая людей в инструменты чужой воли. Тому, как превратиться снова в людей, их никто не учил, и они вспоминали это вместе, опираясь друг на друга.
