— Ничего… Давай поговорим? Как взрослые. — Подошла женщина. — Ты же взрослая девочка. — Аккуратно, держа руку на животе, присела рядом Нарочинская. Вздохнула. — «Лекции» от папы про то, что чужие вещи брать нельзя, ты уже прослушала. Но, вот смотри. Допустим, испортишь ты ещё пару моих помад, каких-либо ещё вещей… Этим ты только позлишь меня и папу, а папа плюс ко всему ещё и нервничать начнёт. Не произойдёт больше ничего. — Пожала плечами блондинка.
—И что делать тогда? — Внимательно смотрела на неё малышка.
— Давай с причиной сначала разберёмся? Зачем ты это делаешь? — Склонила голову вбок женщина.
— Низачем. — Отвела взгляд Тома.
— Я не думаю, что ты просто так стала бы вещи портить. — Смотрела на девочку Нарочинская.
— Ну… А почему папа тебя обнимает больше меня? — Недовольно нахмурилась Тома, прямо как отец.
— Это ревность, Том, называется. — Вздохнула женщина. — Он не обнимает меня больше тебя и уж тем более, его любовь к тебе не меньше, чем ко мне. Правда.
— Ага, я видела. — Дуясь, Тома даже не смотрела на неё.
— Я… — Опустила взгляд. — Я понимаю, что тебе не просто сейчас. У тебя резко изменилось всё. Но… Папа старается делать всё, чтобы тебе здесь, с нами было хорошо.
Малышка взглянула на блондинку. — А ты?
— А что я? — Наблюдала за Томой Нарочинская.
— Ты не рада тому, что я с вами, да? — Задала достаточно таки взрослый вопрос девочка, чему Марина была сильно удивлена. Склад ума у этого ребёнка был совсем не детский.
— Почему ты так думаешь? — Удивлённо спросила женщина.
— Ну, я не знаю… Папа же, например, раньше только тебя обнимал. А теперь ещё и меня. — Пожала плечами Тома, отводя взгляд.
— Том, ты пока не понимаешь просто. Ты поймёшь со временем… — Заглянула ей в глаза женщина, всё больше и больше удивляясь, как же Тома похожа на отца. — У папы любовь к тебе и ко мне разная. Он любит нас одинаково, но… Тебя по особенному.
— Правда? — Внимательно слушала и смотрела на женщину малышка.
— Правда. Он тебя очень любит. — Поправила кофту на себе женщина, распрямив спину. Она начала массировать поясницу.
Взгляд девочки упал на округлившийся живот блондинки. — А когда сестрёнка родится, папа нас будет одинаково любить?
— Конечно, Том. — Вздохнула Марина.
— А ты? Больше её будешь любить? — Задала вопрос девочка, серьёзно смотря на мачеху.
— Больше кого? — Удивилась женщина.
— Ну… Папы, там… Меня…? — Последнее слово малышка добавила намного тише.
Нарочинская растерялась. — А… Конечно, нет. Это невозможно. Я всех одинаково люблю… — Внимательно смотрела на Тому Марина.
— А меня ты тоже любить будешь, да? — Своими большими карими глазами девочка заглянула в глаза женщине.
— Ну… Конечно, да, Том. — Смотрела на неё блондинка. — Ты же на глазах у меня постоянно… — Но в голове было куча сомнений, мыслей. С другой стороны, что она должна была ответить? Сомнения, возможно ли полюбить чужого ребёнка как своего, не давали покоя. Привыкнуть вполне, а вот полюбить…
***
— Олег Михайлович, вы мне нужны. — Подошла Павлова к мужчине. — Все на операциях, поэтому обращаюсь к вам. Экстренный приказ сверху. Случилось обрушение дома, нашли женщину, но увезти не могут. Требуется ампутация нижних конечностей. Ноги придавило грудой бетона. Времени мало, обрушение в медленном темпе, но продолжается.
— Ой-ей… Ирина Алексеевна, ну чего именно я то? Меня жена убьёт же. — Вздохнул Брагин, отводя взгляд.
— Заняты все, Олег Михайлович, заняты. — Твёрдо сказала женщина. — Езжайте. Я постараюсь сделать так, чтобы Марина Владимировна ничего не узнала. Тем более её сегодня на работе нет. Нину я предупрежу, если что.
— Ну, Ирина Алексеевна… — Хотел посопротивляться Брагин, но понимая, что человек сейчас под завалами и нужно поехать, чтобы помочь, он согласился. — Ладно, хорошо. Я поеду.
***
Девочка прижалась к плечу блондинки. — Не будешь больше мои вещи портить? Ситуацию разрешили? — Едва заметно улыбнулась женщина, приобняв Тому за плечи.
— Не буду… Прости. — Опустила она взгляд, внимательно смотря на округлый живот Марины. — А она там у тебя шевелится? — Малышка положила свою маленькую ладошку на округлый животик.
— Конечно… — Слегка улыбнулась Марина. — Вот сюда ладошку положи, может быть почувствуешь. — Взяв в свою руку ладошку малышки, она положила её на нужное место, продолжая сверху держать свою ладонь. — Чувствуешь?
— Чувствую. — Одновременно удивлённо и радостно заулыбалась девочка. Для неё это было целое открытие. — А тебе не больно?
— Нет, что ты. — Пожала плечами блондинка. — Бывают не очень приятные ощущения, когда она сильно толкается. Но они быстро уходят.
— А пойдём, погуляем? — Продолжала улыбаться девочка, подобно своему отцу.
— Ну, пойдём. Только тебя одеть нужно потеплее. На улице холоднее стало. Где твои вещи? — Аккуратно вставала Нарочинская.
— Вон там. — Малышка указала на сумку у телевизора.
