– Странно, что такой выдающийся организатор еще не подался в политику. Это так модно и престижно сейчас.
– Вы проницательный человек, Петр. Пока еще, Альберт не сильно афиширует, но мы, его ближайшие соратники, знаем – следующие выборы в Законодательное Собрание Питера – его. Панически боюсь предвыборной копании. Он уже предупредил, что основной воз по агитационной работе, снова, обрушиться на меня.
– Несомненно, это – знак высочайшего доверия. Не предполагал, что придется столкнуться с депутатом. Может, посмотрю на него, и самому в политику захочется? Стану государственным мужем, вместе с вашим шефом, – Петр говорил шутливо и мечтательно.
– Кто знает.
– И от какой же партии он будет баллотироваться? Есть такая партия? Или в одиночное плавание?
– И партия есть, и он, в ней, человек не последний. Не председатель, не секретарь, но да будет вам известно, вся питерская ячейка Независимой Партии Российских Патриотов поддерживается его «Каратом».
– Значит, деньги он зарабатывает, не только ради денег, но и идею субсидирует?
– Точно. Что, не одобряете?
– Помилуй Бог! Скорее, наоборот. Интересно, только знать, какую идею? Что это за партия? От кого она независима?
– Хм… – неопределенно выдохнула Ксения. – Я, в этом, пока, плохо разбираюсь. Альберт Николаевич надавал мне брошюр для будущей компании, но, к стыду своему, я еще не успела ничего прочитать. Совсем нет времени.
– Действительно стыдно. И политически не зрело – поддерживать кандидата, участвовать в его рекламной компании, не будучи знакомой, с его основными целями и принципами. Как же так? А, может быть, вы будете не согласны с ним, после того, как прочтете его программу?
– Ой, перестаньте. Мне, честно говоря, и читать не обязательно. Я ему верю. Я знаю, что это за человек. Он надежен и в состоянии помочь очень многим. Написать можно, что угодно. А что будет потом? За него я уверена. Если б у нас таких руководителей было больше, и жизнь бы другая была.
– Не терпится увидеть вашего человека-легенду. Никогда особенно не доверял политикам. Но, видя, как девушка небесной красоты, очарована его обаянием и убеждена в его благородстве и мудрости, поневоле согласишься с тем, что он – персона незаурядная. Вы – прекрасны, Ксения, а как мне помнится, красота должна спасти мир. Вы же поручаете его спасение Альберту. Таким образом, задача спасения мира передается ему из первых рук.
Ксения благожелательно улыбнулась.
– Сам я не вполне уверен в истинности этого изречения, – продолжил Петр, – но зато я понял, что бессилен конкурировать с атлантом, который, и это уже очевидно, для меня, занимает не только этот роскошный офис, но и ваше сердце. Следовательно, ваша красота, даже если спасет мир, меня погубит.
Ксения поменялась в лице. Петр заметил, что она слегка взволнована.
– Петр. Извините, но я вынуждена напомнить, что Вы здесь – с деловым визитом. Держитесь, пожалуйста, в рамках.
– Ксения, это всего лишь юмор.
В коридоре послышались тяжелые уверенные шаги. Громкий баритон что-то прогремел Толику. Петр повернулся. Ксения встала из-за стола. Через несколько секунд дверь приемной распахнулась. Перед ними предстал высокий и крупный мужчина в широком светлом плаще, с дипломатом в руке. У него было большое, с красноватым оттенком, лицо. Редкие рыжеватые волосы зачесаны назад. Холодные, серо-голубые глаза цепко ухватились за фигуру Петра. Он широко улыбнулся, сверкнув рядом крепких белых зубов. Не глядя на Ксению, заговорил:
– Привет, Ксюша. Я полагаю, Петр?
– Абсолютно точно, – Петр приподнялся с дивана и протянул руку. Он ощутил массивную десницу. Рукопожатие Альберта было по-медвежьи жестким и тяжелым.
– Извини за опоздание, только вырвался с объекта. Прошу до нашего шалашу! – он гостеприимно махнул в сторону своего кабинета. Два кофе нам, плиз.
Кабинет директора по размеру был примерно таким же, как секретарская, но казался просторнее. Он не был загроможден шкафами под документацию. Стол красного дерева, два богатых кресла, сейф, бар. Альберт разделся, усадил себя и Петра, закурил.
– Ну, что, Петр. Примерно, таким я тебя и представлял, – он внимательно смотрел в глаза гостю. На лице было нечто среднее между улыбкой и оскалом. Его взгляд не понравился Петру, но он заставил себя прогнать неприятное ощущение.
– Сашка рассказывал про тебя много.
– Что же такого наговорил про меня Сашка?
– Сашка? Он же твой друг, что он мог сказать про тебя? Сказал, что ты из тех, кому следует доверять. Честный, ответственный, не боишься работы и нестандартных действий. Умный. Имеешь интеллигентный вид и опыт в коммерции. Похоже, он не обманул меня. Он ведь давно тебя знает?
– Порядочно. Хотя, мы, довольно долго, не виделись.
– Тогда, Петр, с места в карьер. Узнаем, что тебе наобещал Сашок, касательно нашего дела. Какие у тебя истинные намерения? Чтобы ты хотел иметь с этого мероприятия?
– Хочешь услышать, что я знаю и что бы, в связи с этим, хотел?
– Так точно.
