— Огонь! — крикнул Джейсон, минотавр отпустил, зомби взвился в небо по крутой траектории и исчез за ближайшими домами, откуда донесся мягкий шлепок упавшего ярдах в пятидесяти от них тела. Еще несколько проверочных пусков — и Джейсон смог рассчитать угол стрельбы по сталактитам — примерно 70 градусов.
— Ух ты! — удивился Фрэнк. — Работает… Запустишь зомби и взорвешь их на уровне кристаллов?
— Типа того.
— Очередной безумный план! Жду не дождусь посмотреть, как это сработает!
<p>Глава 24 — Бесстрашие</p>— Добрые люди Серой Крепости, — Строус указал на коленопреклоненного Алекса, — перед вами — предатель: он предал нашу страну сначала в битве при Сумеречном Троне, а потом принялся распространять здесь лживые слухи.
Алекс покорно стоял на коленях и смотрел на толпу ясным, смиренным взглядом. Народ в толпе раздраженно перешептывался и тыкал пальцами в сторону Строуса. Алекс обратил внимание на стоявших в разных местах площади людей в легких плащах и с решительными лицами, взиравших на происходящее с деланым равнодушием. План работал — нужно было сохранять спокойствие и принять казнь с смирением. Мученики не просят пощады и не пытаются перебить всех вокруг.
— Этот путник уверяет, что слышит голос Повелительницы, — Строус произнес слово «путник» с плохо скрытым отвращением. — Но предъявил ли он хоть какие-то доказательства, кроме простого лечебного заклинания и светящейся книги? — Строус вздохнул. — Противно иметь дело с потоками вранья и проходимцами, пытающимися вернуть себе былую власть. Но приходится! — голос Строуса зазвенел металлом. — Настало время положить конец злу и мятежу! Отсечь больной орган, чтобы спасти здоровый организм от ядовитой пропаганды, распространяющейся по городу, как чума!
Пока Строус вещал, Алекса рывком подняли на ноги и подвели к деревянной колоде в центре возвышения. Стражник толчком поставил его на колени. Стали хорошо видны грубые зарубки на поверхности колоды. Краем глаза Алекс увидел приближающегося человека огромного роста с тяжелым бердышом, по лезвию которого он старательно водил точильным камнем. Сердце забилось в бешеном ритме. Игра игрой, но сейчас ему будут рубить голову!..
— Хочешь сказать последнее слово, Алексион? — спросил Строус.
Собрав всю силу воли, Алекс обратился к толпе ровным, ясным голосом:
— Все, что я делал, я делал во имя Леди. Если Она посылает мне это испытание, я принимаю его.
Строус насмешливо фыркнул и махнул рукой.
