В ближайший выходной Санни домой не поехал. Мы с ним прогулялись по городу, отправили батюшке посылку с зельем и пошли в книжную лавку. У меня аж руки чесались от предвкушения. Ну и переживал, конечно. Вдруг те книжки уже проданы?
Приказчик нас узнал и вспомнил, что мы не зазря приходили, а покупали. Значит, не просто любопытствующие, а солидные покупатели. К тому же народу в книжной лавке всегда мало — больно дорогие книги, чтобы тут толпились люди целый день.
Усадив нас за столик, приказчик пообещал, что принесёт всё, что мы в прошлый раз разглядывали. Но притащил стопку вдвое выше.
Санни начал деловито выспрашивать цены, записывая их карандашом на листок, чтобы попусту уважаемого человека не беспокоить. Память у приказчика была отменная. Он повторил все цены, которые озвучивал ранее, и я поверил, что мужчина не сочиняет их на ходу.
— А нет ли у вас таких книжек, как мы в прошлый раз покупали, где с одной стороны чистая страница для записей? — неожиданно спросил Санни. — Знаете, удобно уроки по травоведению на них записывать.
Приказчик лишь на мгновение задумался и кивнул. Потом он вытащил из подсобки специальную лесенку и полез доставать с верхних полок стоящего во втором зале стеллажа спрашиваемые книги.
Мои брови поползли вверх. И почему мне такая простая мысль не пришла в голову?
— Тут не всё про растения. Есть и про каменья, — сдул в сторону пыль с тех книжек приказчик.
— Сразу с ценами, чтоб зря не думать, — пренебрежительно посмотрел на товар Санни.
Я-то понимал, что он прикидывается, делает вид, будто нам не сильно нужно. Иначе моих двухсот золотых может не хватить на покупку.
Помощник торговца книгами засмущался, задумался и наконец озвучил цену:
— По золотому за каждую, если из той стопки, что на столе, три книги возьмёте.
— Три книги? — нахмурился Санни и стал выбирать.
Я тоже подключился, стараясь не демонстрировать подрагивающие руки. Приказчик и не в курсе, какое сокровище держит в руках. Пусть и дальше недоумевает, а я пока поищу интересное в стопке.
«Растения предгорья» мне ещё в прошлый раз понравились яркими картинками. Обязательно её возьмём. Санни предложил скучный справочник, где в таблицах напротив каждого названия были удобно указаны месяц цветения, месяц плодоношения и полезность.
В общей сложности мы купили семь книг без учёта тех трёх.
Приказчик поверить не мог, пока я не отсчитал сто четыре золотых. После упаковал книги в два свёртка, бечёвкой обвязал и, кланяясь, проводил нас на выход.
В школу мы с Санни буквально бежали. И не потому, что хотелось поскорее книги начать читать, а потому что опасались кого-либо. У нас же в руках целое богатство!
Заприметив на подступах к школе учеников старших классов, друг меня притормозил.
— Прячь всё в невидимый мешок, — порекомендовал он.
Тут и я сообразил, что можно было сразу свёртки в него убрать, а не нести такую тяжесть. А старшеклассники действительно к нам привязались, требуя чего-нибудь вкусного.
— На рынке всё и употребили, — заверил я.
— Щас карманы пощупаем, — заявил один из парней.
— А по сопатке не хочешь, щупальщик⁈ — возмутился я.
Санни немного оробел, но я храбро полез в драку. Пусть их трое, а нас двое, но батюшка учил никогда не отступать. Ежели и побьют нас, зато в следующий раз поостерегутся или вовсе интерес потеряют. Это к тем, кто боится, так и будут цепляться каждый раз.
Драться с братьями мне доводилось и просто так, и под наблюдением родителя, который сам ставил мне удары кулаком. Показал он всего два хитрых приёма, заверив, что этого должно хватить для несерьёзной потасовки. В более сложных ситуациях предпочтительнее взять дрын. В совсем безвыходных и нож не помешает. Правда, обучить меня ножевому бою не успел. Еклавий и Середа ходили к мастеру на занятия, а меня по малолетству на ту учёбу не брали. После же я уехал в школу.
«Серьёзных боёв» в этот раз не случилось. Парень, предложивший вывернуть карманы, стукнул меня один раз в ухо. В ответ я ему ногой по голени заехал (кулаками не получилось достать, у него руки длиннее).
Второй из троицы полез было к Санни, но я как раз отпрыгнул от своего обидчика и как-то так удачно развернулся, что нос того парня оказался в пределах досягаемости моего кулака.
— Сейчас пойдём и напишем докладную на вас! — храбро выкрикнул Санни.
Троица парней уже растеряла прыть: один пытался остановить кровь из носа, второй прихрамывал, а последний участник оказался умнее всех и связываться не стал. Нам вслед крикнули что-то нехорошее, но мы уже входили в школу. Санни прямиком в привратницкую пошёл.
— Это что такое делается⁈ Прямо у ворот нас избивают, и никому дела нет! — начал возмущаться друг.
Дедок, служащий привратником, подслеповато прищурил глаза и особых эмоций не продемонстрировал. Скорее всего на его памяти такое случалось десятки раз, и что, по каждому поводу выскакивать и порядок наводить?
— Бабушке нажалуюсь, — привёл Санни последний аргумент, который на пожилого мужчину никакого впечатления не произвёл.
Тогда Санни добавил:
— Адра Вега будет сильно огорчена, если с её любимым внуком что-то случится.