Мы оттачивали навыки в той же пещере, решив не просто углубить её, но и сделать хорошее укрытие. Летающие твари крупные — их тела раза в четыре превышают человеческое по объёму, да и размах крыльев внушительный. Хотя, по заверениям Айрика, летают они за счёт магических кристаллов, а крыльями лишь регулируют направление.
В итоге мы прорезали в скале короткий тоннель. Такой, чтобы тварь не пролезла, и в конце сделали комнатку для сна. Работать всем вместе на одном участке было неудобно, поэтому я на всякий случай занялся боковым ответвлением. Затем всю каменную крошку разнесли по округе, засыпая щели и ровняя тропу.
Тут я вспомнил, что брал магию земли, и решил опробовать хоть что-то из этого умения. Конечно, оно не атакующее, но полезное.
Айрик не особо удивился моей четвёртой магии.
— Да я уже понял, что у вас какие-то секреты Правителя, — буркнул он. — Тогда я продолжу лезвиями резать скалу, а ты магией земли выравнивай. Жаль, что льдом никто не владеет. Говорят, он против тварей помогает.
— У меня есть лёд! — встрепенулся Санни.
— Ты же сам говорил, что это пустое занятие, тварей им не убить, — напомнил я Айрику.
— Не говорил я такого, — возразил тот. — Я сказал, что магия льда шкуру сильно портит. Но если нужно убить, и другого выхода нет, то это идеальный вариант. Твари же огнём дышат, они льда боятся. Дед уверял, что на севере и зимой эти твари и без участия людей сами бы передохли.
— Тогда я завтра начну практиковать магию льда, — решил Санни.
На сегодня работа была закончена. Использование магии вытягивало из нас силы, так что мы устали. Хорошо, что неподалёку нашлись подходящие корешки, которые я истолок и сделал укрепляющий отвар. Мы выпили его после ужина и улеглись спать.
Магия земли мне понравилась. Вот прямо магом себя ощутил. Самым настоящим! Вжух — и куска скалы как не бывало! Это я плетением сумел его до маленького камешка сжать и словно вырвать из общей массы. Конечно, нас обучали более тонким манипуляциям. Магия земли особенно ценится среди тех, кто создаёт амулеты и магические артефакты — там важна точность и детализация. Чем мельче предмет или кристалл, на которые воздействовали, тем более искусным считался маг.
Но мне магия земли нужна не для продажи и не для выставки. Я тренировался с прицелом на то, чтобы в пути, особенно когда пойдем через горный хребет, быстро сделать укрытие: пещеры, тоннели, выемки в скалах. Всё это могло спасти нашу жизнь.
Мы с Айриком настолько увлеклись, что наковыряли столько тоннелей, так что сами начали в них путаться. Пещера расширилась, появились боковые ответвления, а один из ходов вывел нас к расщелине, откуда открывался вид на реку далеко внизу. Камни теперь мы не просто выбрасывали наружу, а использовали с умом, засыпая ямы, выравнивали поверхность по ногами, чтобы удобнее было ходить.
Наконец решили, что достигли совершенства в этом виде плетений. Дальше углубляться в тонкости не имело смысла. К тому же у нас было не так много продуктов. Не уничтожь твари деревню, мы бы могли пополнить там запас. С другой стороны, мы бы и не стали сидеть на одном месте без реальной опасности.
Так что на четвёртый день упаковались и пошли на запад.
Чем дальше уходили от сожжённой деревни, тем хуже становилась тропа. Сначала она заросла высокой травой, потом пошли каменные осыпи, а дальше и вовсе исчезла. Пришлось всем пользоваться магией, прокладывая себе путь.
Возможно, у местных были обходные тропы, но искать их бессмысленно. Есть направление — по нему и идём. Скалы, что вставали на пути, нам не помеха. Где-то тоннель сделали, где-то я просто магией земли выравнивал дорогу. Тут тебе и практика, и удобство передвижения.
По мере нашего продвижения ландшафт постепенно начал меняться. Лес остался позади, теперь на нашем пути появились нагромождения валунов и скальные уступы. Ветер гулял между камнями, выдувая из трещин песок, а небо казалось выше и бесконечно пустым. Днём здесь было жарко, ночью холодно, но мы шли вперёд, постоянно проверяя, нет ли поблизости летающих тварей.
Магия давала нам явное преимущество, но и отнимала немало сил. К концу дня я чувствовал себя так, словно выкопал голыми руками целый тоннель. Надо будет придумать, как экономить энергию.
То, что в горах гораздо холоднее, чем на равнине, для нас с Санни новостью не стало, а вот Айрик удивился. Ещё больше он поразился, когда ночью кутался в тёплый плащ, стучал зубами и бурчал что-то о непредсказуемости погоды. Мы прошли одну расщелину, но не запаслись дровами, а когда оценили скудную растительность, возвращаться уже не стали. Так и шли до темноты, которая в горах наступает внезапно, словно кто-то резко гасит свет.
В результате остались без дров и обогрева. Насчёт ужина не переживали, можно было перекусить всухомятку, а для отвара использовать спиртовую горелку. Пока я возился с ней, парни с энтузиазмом ковыряли скалу, сначала пробивая узкий проход, а затем расширяя его в подобие пещеры. Работали они шустро, каменные осколки летели в разные стороны, а звуки ударов отдавались эхом.