— Уверен, что заслуживаешь, король, — этот голос Тэсс была готова слушать вечно, хоть и знала, что он принадлежит самому ужасному существу во вселенной. — Маритэ вряд ли отличила бы недостойного человека, вручив ему власть над лучшими землями Доэйи. Ты, должно быть, уже знаешь, что мы с созидательницей в последнее время не во всем понимаем друг друга, — последние слова Дэймора прозвучали грустно и показались искренними. Впрочем, Страннику ничего не стоит притвориться.
— Да, я слышал об этом, — признался король. — Разлад в стане Хранителей Анборейи не может не печалить меня.
— Если бы ты знал, как он печалит меня, — порывисто воскликнул Изгой.
Все это время Странник стоял к зрителям боком, не предоставляя, к досаде Лотэссы, ни малейшей возможности заглянуть под капюшон.
— В нашей размолвке виноват лишь я один, я сознаю это. Если бы ты знал, как гнетет меня раскаяние за совершенную ошибку!
— Так скажи об этом Маритэ, — Дренлелор выглядел несколько сбитым с толку. — Уверен, она простит тебя, и меж вами вновь воцарится мир и согласие.
— Я бы рад, — Дэймор говорил вкрадчиво и доверительно, но Тэссе отчего-то чудилась фальшь. — Но светлая богиня не желает меня видеть, лишая возможности покаяться. Она не допускает меня к себе и не отвечает на мой зов. Что мне делать?
— Я не знаю, Хранитель.
Если Изгой рассчитывал на совет или помощь Ильда, он явно просчитался. Тот или не желал вмешиваться в дрязги бессмертных, или действительно не понимал, что может сделать.
— Я пришел к тебе с просьбой, король, — Дэймор, может, и желал выглядеть просителем, но просьба его походила скорее на приказ. — Маритэ доверяет и благоволит тебе. На твой зов она точно откликнется. Призови ее! Это даст мне желанную возможность объясниться и примириться с нею.
Дренлелор колебался, и Странник, видно, решил подстегнуть его решимость.
— Ты не останешься без награды! И награда эта будет поистине велика. Если тебе или твоим потомкам, пусть даже самым отдаленным, когда-нибудь понадобится моя помощь, я помогу. Даю в том клятву звездного путника, которую невозможно нарушить. Все, что будет в моей власти и силах, сделаю я для тебя или любого Ильда, если ты сегодня поможешь мне.
— Благодарю тебя, Странник. Но я выполню твою просьбу и без всяких наград и обещаний. Мир между Хранителями важен для всей Анборейи.
— И все-таки возьми, — с этими словами Дэймор протянул королю до боли знакомое девушке кольцо. — Чтобы призвать меня, довольно капли крови Ильдов, растворенной в кубке красного вина, и этого рубина.
Изображение погасло, вернулась темнота. Валтор с Лотэссой стояли, глядя друг на друга, никто не решался первым высказаться по поводу увиденного.
— Значит, кольцо, сгубившее Анборейю, было вручено первому Ильду за столь ничтожную услугу, — король покачал головой. — Кто бы мог подумать! Но важнее то, что Дренлелор получил подарок от Изгоя до того, как тот стал Изгоем, а значит, короля Элара не в чем винить.
— Ну конечно! — пылко возразила Тэсса. — А узнав о предательстве, он не мог выбросить кольцо? Или уж по меньшей мере не передавать потомкам с подробными инструкциями по вызову Изгоя?
— А вы так уверены, что падение Дэймора произошло при жизни первого Ильда?
— Тогда это должны были сделать его потомки, знающие историю страшного дара, — упорствовала девушка.
— Вспомните историю, Тэсса. Сын Дренлелора, Решевилар, являл собой полную противоположность отцу: властный, жадный до богатств и преклонения, невоздержанный и неумный. Как вы думаете, способен подобный человек отказаться от дара Странника, пусть и запятнавшего свое имя?
— Тогда почему он им не воспользовался? В то время это принесло бы неизмеримо меньше бед.
— Элар и так процветал благодаря заботам Дренлелора и, как мы теперь знаем, покровительству Маритэ. Должно быть, Решевилару так и не представилось достойного случая воспользоваться кольцом. У него и так было все, о чем можно только мечтать. Несмотря на бездарное правление, он всю жизнь пожинал плоды трудов своего великого отца.
— Может, вы и правы, — Тэсса испытывала смущение. Уроки истории никогда не вызывали в ней живого интереса, а потому она напрочь забыла, что представлял собой преемник великого короля. — В любом случае теперь мы знаем немного больше. Только что толку нам в этом знании? Какая теперь, в конце концов, разница, как проклятый рубин попал к Дренлелору? Я уже порядком устала от этих бесполезных картинок. Почему бы любезному зеркалу не показать нам Маритэ?