— Эн Торн очень долго вытягивал из нее это. Бедная женщина просто пропитана ужасом, что неудивительно. Кольцо защищало вас, Лотэсса, — он не прибавил почтительное «энья». — Тварь желала вашей смерти и не скрывала этого. А ильдовское кольцо почему-то мешало убить вас. Помните, как чудовище исчезло, повинуясь вашему приказу?
Тэсс сглотнула, не в силах говорить, и молча кивнула.
— Чтобы убить вас, ему нужно было кольцо, и он заставил Шафиру Тарнийскую забрать его у вас.
— Но как она могла?! — у девушки наконец снова прорезался голос. — Как могла так поступить со мной, обречь на смерть! Мы не особо ладили, но я не делала ей ничего дурного…
— Не судите ее строже, чем она заслуживает, — в голосе мужчины послышалось что-то похожее на сожаление. — Ужасное создание запугало ее, угрожало смертью. Как бы вы сами поступили, оказавшись перед подобным выбором?
— Я предпочла бы умереть, чем пожертвовать чужой жизнью ради собственного спасения, — твердо ответила Лотэсса.
Валтор шагнул к ней, приподнял лицо за подбородок правой рукой и заглянул в глаза девушки долгим внимательным взглядом.
— Я верю вам, — проговорил он. — Но в то же время знаю, что вы не слишком-то цените собственную жизнь. Кроме того, не каждому присущи ваши смелость и безрассудство. Постарайтесь простить.
— Не вам учить меня прощению! — бросила Тэсс. Она хотела резко дернуть подбородком и отбросить его руку, но в последний момент передумала, боясь причинить лишнюю боль. Вместо этого она отшатнулась назад.
— Знай вы, что вдова последнего Ильда готова пожертвовать жизнью ради вас, вы бы это допустили? — Малтэйр решил не оставлять ее в покое.
— Разумеется, нет!
— Тогда вам не на что гневаться, — пришел к неожиданному выводу король. — Тем более, что вы, волею случая, живы.
Волею случая, как же! Конечно, его дайрийское величество предпочитает проявить скромность и не бравировать своей ролью в ее спасении, но и забыть об этом не даст. И если он полагает, что Лотэсса сейчас начнет рассыпаться в благодарностях, то он сильно недооценивает силу ее неприязни.
— В любом случае, жене покойного короля в сложившемся положении лучше всего как можно скорее вернуться к себе в Тарнику. Надеюсь, мы сумеем обеспечить ее безопасность.
— О да, — девушка вложила в голос все злое ехидство, переполнявшее ее. — Что может быть важнее безопасности Шафиры Тарнийской!
Тэсса не могла найти в себе силы простить тарнийку за предательство, особенно после заступничества Дайрийца.
— Ваша безопасность гораздо важнее, поэтому я вас и позвал.
— Меня тоже отправят в Тарнику? — язвительно поинтересовалась она. — Хотя я бы предпочла Норту.
— И не мечтайте, вы останетесь во дворце! — отрезал король.
Ну, на самом-то деле ничего другого она и не ждала.
— Усилите охрану? Очень удобно! И охранять, и сторожить одновременно.
— Не вижу смысла в увеличении количества гвардейцев, — возразил он. — Вместо этого я позволю себе навязать вам компанию одной не совсем обычной девушки…
— Девушки? — Тэсса ничего не понимала.
— Да, она ваша ровесница, и вы даже знакомы. Нармин — жрица Маритэ, и она утверждает, что на жриц не действует магия тварей из-за Грани…
— Нармин?! — Лотэсса не дала ему договорить. — Да я ее ненавижу! Ни за что не буду терпеть рядом с собой эту мерзкую доносчицу!
Король молча наблюдал за тем, как его невеста бушует.
— С чего вы взяли, что она не врет? — продолжала кипятиться Тэсс. — А даже если это и правда, думаете, ваша ненаглядная жрица будет меня защищать? Она же ненавидит меня не меньше, чем я ее…
— Отчего вы так думаете? — спокойно поинтересовался Малтэйр.
— Вы еще спрашиваете?! — уж кому как не ему знать ответ.
— Я догадываюсь, на какие обстоятельства вы намекаете, и все же, поверьте, Нармин не испытывает к вам неприязни.
— Зачем бы ей тогда так поступать со мной? — Тэсс бесило то, что Дайриец оправдывает эту бесстыжую предательницу.
— Вы заблуждаетесь, — он все гнул свое. — Желая расстроить нашу свадьбу, жрица лишь хотела избавить вас от ненавистного брака. Она не желала вам зла.
— Как хорошо вы, однако, понимаете мотивы тех, кто меня предавал! — прошипела девушка. — Вы всех готовы оправдать — и королеву, и жрицу…
— Я — король, энья Лотэсса, — жестко ответил Валтор. — Меня учили понимать мотивы, двигающие людьми. Разными людьми, а не только добрыми и благородными, каковых, кстати, меньшинство.
— Ну, разумеется! Мир же полон подлецами!
— Подлецов в чистом виде тоже не так уж много, — возразил он. — Я знаю, вы относите меня к их числу, и мне это, признаться, даже льстит. Но большинство людей хороши или плохи в зависимости от обстоятельств. Эгоизм и забота о себе — нормальное свойство человеческой натуры. И не считаться с этим себе дороже. Монарх, не понимающий, что движет теми, кто его окружает, рискует лишиться власти или, в лучшем случае, делить ее с другими. Людей не стоит ни недооценивать, ни переоценивать. И самое главное — никогда не судите о других по себе. Понимать каждого — не только полезный навык, но и бремя.
