После предложения помочь мне устроиться, от которого я отказалась, Роан вернулся к работе, а я занесла сумку в дом. Поднявшись по лестнице на второй этаж, глянула с балюстрады на фойе. Это место захватывало дух.
Хотя мне и не нравилась мысль, что придется спать в комнате Рути, очевидно, это единственная комната с настоящей кроватью. Остальные комнаты, все тринадцать штук, оказались абсолютно пусты. Аннетт придется спать со мной, когда она приедет утром. А пока я просто мечтала о душе. Сон мог подождать, хотя последние три дня я почти не спала. Каждый раз, когда закрывала глаза, мне снились волки.
Точнее, волк.
Мне лишь мельком удавалось разглядеть прекрасное создание. Рыжий с черными подпалинами. Из-за него сон был тревожным.
Стены комнаты, как и по всему дому, были выкрашены богатым черным цветом, а окна возвышались от пола до потолка. А вот ванная оказалась светлой. Светло-серые обои и белая ванна на ножках, которая звала меня по имени, будто сирена в ночи. И я сейчас не о полицейской сирене.
После чудесного душа я заползла на кровать Рути с балдахином, поборола желание нырнуть под одеяло и открыла свой ноутбук. Я искала доступный Wi-Fi, предполагая, что придется использовать точку доступа на телефоне. Но на глаза попалось одно имя в сети: Дэфианс[7].
Я нажала на него и сразу подключилась. Знала ли Рути, что я приму ее наследство? Неужели она была настолько уверена, что я приеду? Конечно, слова «бесплатный дом» наверняка выманят из укрытия и кого-то из участников программы WITSEC[8].
Я ввела адрес в поисковую строку. Появилось окно с вопросом, хочу ли я загрузить файл. Решив, что мне больше нечего терять, я нажала «да», мой желудок заурчал.
Я дважды щелкнула по файлу, полностью готовая потерять всю свою жизнь, поскольку, вероятно, только что скачала вирус, и пронаблюдала за загрузкой нескольких папок. Одна особенно привлекла мое внимание. Как и Wi-Fi, она была названа «Дэфианс». Я нажала на нее, и запустилось видео.
На экране появилась женщина со светлыми волосами до плеч. Я сразу нажала на паузу. Сплошной белый фон никак не указывал на ее местонахождение, и я понятия не имела, снимала она это видео три дня или три года назад.
Женщина, которую я определила как Рути Гуд, была намного элегантнее, чем я себе представляла. Я не знала, чего ожидать, но точно не так представляла себе человека, который завещал свой дом незнакомке.
Наклон ее подбородка. Твердость рта. Уверенность в глазах. Она была выдержанной, грациозной и красивой.
Серьезно, в этом городе все ошеломляюще прекрасное? Персиваль. Роан. А теперь и Рути Гуд.
Кот прыгнул на кровать как раз в этот момент, доказывая, что моя теория неверна, и неторопливо направился ко мне, будто делал мне одолжение. Инк, возможно, не был таким потрясающе красивым, как вышеупомянутые лица, но даже у него было определенное неряшливое очарование. Дворовая харизма.
Как и большая часть дома, он был черного цвета, только с клочковатой шерстью и шрамом на мордочке. Часть уха отсутствовала, а оливково-зеленые радужки были расслаблены, но насторожены. У меня сложилось впечатление, что он немногое упускал из виду.
— Ты участвовал во многих схватках, не так ли, мистер?
Я почесала его за ушком, в основном потому что он позволил мне, и снова нажала кнопку воспроизведения.
Рути моргнула, глядя на экран, словно удивленная, откашлялась и начала:
— Дэфианс, — сказала она хриплым, как у лаунж-певицы в прокуренном баре, голосом. — Ты меня не знаешь. Я твоя бабушка.
Я тихо втянула в себя воздух. Я всегда интересовалась своим наследием. Откуда родом. Какими были мои биологические родители. И теперь, после стольких лет, казалось, что я наконец-то получу ответы. Внезапно мне снова исполнилось десять, когда я задавалась вопросом, откуда же взялась. Когда надеялась, что меня любили. Молилась, чтобы не оказалось, что меня выбросили, как вчерашнюю газету, а наоборот, отдали, чтобы уберечь. Отказались по уважительной причине.
— Это длинная история, — продолжала она, ее глаза блестели от влаги, — и я знаю, что у тебя есть вопросы, нам просто нужно кое-что сделать, прежде чем мы сможем добраться до них. А пока я просто скажу это… твоя мать умерла, когда тебе было три года.
Нет. Я закрыла рот ладонью, когда что-то внутри меня сломалось. Мечта. Детская фантазия, которая сопровождала меня с тех пор, как я была маленькой девочкой. Если верить миссис Гуд, я никогда не встречу женщину, которая меня родила. Женщину, которая, как я верила, бросила меня. Ведь у нее не было другого выбора.
— Мне жаль, что ты узнаешь о ее смерти вот так. Я хотела найти тебя. Рассказать все и забрать домой, но я дала обещание и сделала все, что в моих силах, чтобы сдержать его.
Обещание? Какое такое обещание может быть настолько важным, чтобы остановить бабушку от поисков ее внучки?
— Что касается твоего отца, то твоя мать никогда не называла мне его имени. Я понятия не имею, кем он был.
