Еще до начала осмотра Торн дал распоряжение одному из своих слуг, чтоб тот занялся приготовлением покоев принца Нейри для королевской невесты. Измученная девушка, не дождавшись конца действа, прикорнула в нише (той самой, где прятался сам Элвир в ту ночь, когда следил за нею), умудрившись уснуть прямо на жестком холодном мраморе в совершенно невообразимой позе. Освободившись, Валтор хотел было отнести свою избранницу в ее новые апартаменты, но осуществление сего начинания обошлось бы ему слишком дорого, учитывая израненную руку. Протектор вызвался самолично доставить барышню до постели, после чего подхватил ее на руки, уложив голову спящей девушки себе на плечо.
Шагая по коридорам, Торн решительно подавлял в себе все мысли и чувства, вызванные близостью восхитительной девицы. Она принадлежит Валтору, она будущая королева, и вообще, сколь бы ни была хороша энья Линсар, как человек она не слишком нравилась Элвиру. Чтобы противостоять внезапно нахлынувшему искушению, мужчина вызвал в голове другой женский образ, который и без того частенько прошенным и непрошенным мелькал в его мыслях. Зеленоглазая белокурая лучница без труда справилась с первой красавицей королевства, точнее, с внезапным романтическим угаром, вызванным ею в душе протектора.
Добравшись до комнат покойного принца, Элвир отнес Лотэссу в спальню и уложил на постель. На секунду им вновь овладел соблазн совершить какую-нибудь глупость — провести ладонью по темным волосам спящей девушки или припасть к губами к ее руке. Но он, конечно, удержался. И все же перед тем, как выйти, Торн еще раз задержал взгляд на бледной руке, безжизненно свисающей с простыни — на узкой ладони, на длинных, тонких, совершенных в своем изяществе пальцах. И тут он смутно ощутил, что чего-то не хватает. Несколько мгновений понадобилось протектору, чтобы понять, чего именно — массивного безвкусного перстня с темным рубином. Он довольно давно обратил внимание на тот факт, что девица Линсар, несмотря на вечный траур и полное отсутствие иных драгоценностей, не снимая носит два кольца. Изящное колечко с аметистом на безымянном пальце левой руки, где женщины носят обручальные кольца, и большое, не по размеру, золотое кольцо с рубином, непонятно каким чудом держащееся на среднем пальце правой. Узнать в этом ювелирном шедевре явно с мужской руки знаменитое фамильное кольцо Ильдов не составило никакого труда. А он еще удивлялся после казни, не обнаружив у Йеланда легендарного украшения. Найдя пропажу и посоветовавшись с королем, протектор решил до поры до времени не отнимать у девушки кольцо, не видя в том особой необходимости.
И вот теперь, созерцая пальчик, свободный от ильдовского наследия, Элвир силился поймать за хвост ускользающую мысль, что-то очень важное, но пока не поддающееся осознанию и формулированию. Что ж, в любом случае он не оставит эту вроде бы незначительную деталь без внимания и завтра обязательно расспросит девушку о пропавшем кольце.
Альву, находившуюся в кабинете коменданта Вельтаны, прямо распирало от сознания собственной значимости. Перед ней, нагруженный папками, сновал туда-сюда бывший секретарь Карста — Мелвил Дайтин. Долговязый, длинноносый и весь совершенно несуразный, молодой человек с суетливыми нервными движениями совсем не вписывался в обстановку рабочего помещения. Однако дэн Итон явно не покривил душой, назвав его толковым парнем, дело свое Мелвил знал и посвящал в него Альву детально и обстоятельно. Объяснения его были дельными, бумаги, похоже, содержались в образцовом порядке. Когда же Дайтин в порыве заботы о девушке, которой предстояло его сменить, принес ей чаю, Альва почувствовала себя довольной донельзя.
И почему знатным девушкам не дозволяется работать? Разумеется, речь не идет о тяжелых и черных работах, но мало ли дел, где грамотная разумная девица может найти себе применение. Просматривая папки с документами, проникаясь атмосферой рабочего кабинета, Альва вся так и кипела энтузиазмом. До чего же это все интересно, не то что вышивать, руководить заготовкой солений на зиму или подсчитывать расход муки и яиц за полгода. Да уж, доступные уважающим себя дворянкам занятия — сплошная скука, по крайней мере, дворянкам из захолустья. Девушка решила, что ни за что бы не променяла свои сегодняшние заботы на удел матери или тети.