Альва с облегчением вздохнула и тут заметила в толпе Ларни. Не обращая внимания ни на тетушку, ни на протектора, девушка подбежала к другу. Только сейчас она осознала, что они не виделись с того дня, как она первый раз уехала с комендантом. Наверняка до парня доносились связанные с нею слухи, но сама-то она ему ничего не рассказывала, кроме того, что устроилась секретарем к Карсту. И вот теперь за ней приехал протектор, которого Ларни знал в лицо после той памятной ночи, когда они лазали по крышам. Парень выглядел скорее не удивленным, а расстроенным, и Альва, глядя на него, ощутила укол совести.
— Ларни, — торопливо и негромко, чтоб не слышали стоящие рядом, прошептала она, — я все тебе объясню, обязательно. Но сейчас мне нужно ехать. Прости, что не нашла времени раньше, но слишком много всего случилось за эти дни. Я приду к тебе, как только смогу. А пока зайди к тете, она расскажет, что знает, только знает она не все. Присматривай за ней, пока меня не будет, ладно?
— Конечно, — он серьезно кивнул. — Не беспокойся ни о чем. Расскажешь все, когда сможешь… или когда захочешь. Это неважно. Главное, береги себя.
Девушка торопливо чмокнула друга в щеку на прощанье и поспешила обратно. Торн посадил ее на коня и вскочил в седло сам, перед этим еще раз приложившись к руке дэны Ормонд на радость многочисленным зрителям. Стоило им отъехать немного, как мужчина заговорил.
— Не припомню, когда меня в последний раз встречали и провожали подобным образом, — он явно имел в виду зевак с окрестных улиц.
— Для них это событие почище захвата столицы или ужасных смертей, — в голосе девушки против воли звучали нотки презрения. — А если бы вы все же прислали карету, то она попросту не смогла бы проехать из-за толпы. Сюда бы собралось все население Кузнечной части, включая стариков, увечных и грудных младенцев. А вы лишили бедняг такого зрелища и возможности рассказывать об этом событии своим внукам долгими зимними вечерами.
— Ну, извини, крысенок, что не увез тебя из дома с должной помпезностью, — съязвил Торн. — Может быть, твоих соседей несколько утешит тот факт, что стоимость моего коня превышает цену трех карет? Или то, что за тобой лично приехал верховный протектор?
— Полагаете, кузнецы и лавочники знают вас в лицо? — усмехнулась Альва. — Ларни единственный знает, кто вы, не считая тетушки.
— Это тот паренек, что скакал с тобой по крышам?
Она кивнула. Какое-то время оба молчали. Утренняя прохлада давала о себе знать. Поначалу волнение горячило ей кровь, но теперь, когда девушка начала мало-помалу успокаиваться, холод становился все ощутимее. Альва пожалела, что оставила дома плащ. Причем сознательно, решив, что старый, видавший виды плащ, который она прихватила из Фьерры, никак не сочетается с красивым тетиным платьем. В общем-то, так оно и было. Кроме того, девушка рассчитывала, что они поедут в карете, а когда явился протектор, она о плаще и не вспомнила. Теперь же она изо всех сил сдерживала дрожь и старалась не стучать зубами. Однако долго мерзнуть Альве не пришлось. Ее спутник снял с себя камзол и укутал плечи девушки. Затем, не дав ей сказать ни слова, опасаясь то ли благодарности, то ли протеста, он заговорил сам.
— Холодно. Сегодня первый день месяца Фессы. Осень началась.
— И правда, — Альву удивило, что она об этом и не вспомнила.
В начале Фессы она должна была приступить к работе у Карста, но вышло так, что нужда в ней возникла даже раньше. Эта мысль льстила девушке, она ощущала себя причастной к чему-то очень важному и необыкновенному.
— Альва, — голос Торна прервал ее мысли. — Энья Лотэсса… Она непростой человек. С ней порой может быть сложно. Но ей нелегко пришлось в последнее время…
— Можете ничего не объяснять. Я тоже непростой человек, и мне тоже пришлось нелегко. Уверена, мы сможем понять друг друга. Впрочем, — добавила она, — это не так уж важно. Ведь энье Линсар нужна не подруга, а защитница.
— Подруга ей бы тоже не помешала, — пробормотал мужчина. — Хотя, разумеется, охрана бесценной особы королевской невесты превыше всего.
— Я буду заботиться о ней, как о наследнице Линсаров, а не как о невесте вашего короля! — отрезала Альва.
— Как вам угодно, — Торн не утратил хладнокровия. — Вы должны сопровождать Лотэссу повсюду, кроме званых обедов, приемов и прочих королевских мероприятий. В такие моменты охранять энью Линсар будем мы с его величеством. Кроме того, у вас будет возможность избегать общества герцогини, в чем я, по чести сказать, вам очень завидую.
— Вы имеете в виду эну Линсар? — спросила девушка. — Почему мне стоит избегать ее?
— Во-первых, она совершенно невыносимая женщина, несмотря на прелестную внешность. Во-вторых, она сразу же вас невзлюбит и станет допытываться, как и почему вы стали фрейлиной ее дочери.
— Невзлюбит? — переспросила Альва, в голосе ее звучала плохо скрываемая обида. — Из-за того, что я не отличаюсь знатностью и богатством?