— Хранитель связан незримыми узами с предметом или человеком, представляющим особую ценность, — начала Энлил. — У нас, в Ай-Таш, да и по всему Шургату, хранители оберегают сокровища, тайны и правителей. Согласно древним законам, владыки не должны обладать магией. Это обстоятельство делает их уязвимыми перед любым сильным колдуном, каковых на Шургате предостаточно. Кроме того, у сильных мира сего есть и обычные недоброжелатели. Хранители призваны оберегать человека или вещь, с которыми связаны. Это не просто обязанность, это непреодолимая потребность.
Король задумчиво кивнул, а Лотэсса метнула в его сторону быстрый заинтересованный взгляд.
— А обычные телохранители или маги не могут охранять правителей и драгоценные предметы? — осведомился мужчина.
— Могут, — Энлил не стала спорить. — И охраняют. Начнем с того, что большинство хранителей — маги или воины. Я имею в виду, конечно, свою родину. На Доэйе я вообще впервые столкнулась с хранителем. У хранителей есть определенные преимущества перед обычными магами или воинами. Как бы вам получше объяснить… — она на секунду задумалась, протягивая ладони, на которые опустились холодные трепещущие сгустки тьмы.
— Хранителю, как правило, способствует особая удача. Он оказывается в нужном месте, всегда принимает правильные решения, словом, получает какие-то дополнительные силы и преимущества для исполнения своей миссии.
Продолжая говорить, Энлил положила извивающиеся тени на запястья Лотэссе. Девушка взвизгнула и инстинктивно попыталась сбросить жутковатых созданий.
— Тише, девочка, потерпи, — колдунья положила руки на ей плечи. — Стойте, где стоите, ваше величество! — увидев, что король подался к своей невесте, женщина сделала предостерегающий жест. — Не так уж больно, правда, милая? — Энлил снова обращалась к девушке. — Успокойте своего жениха и хранителя.
— Не больно, — признала Лотэсса. — Но так… мерзко! Они словно душу из меня выедают!
— В каком-то смысле так и есть. Тени отнюдь не добры и не бескорыстны. За любую работу они берут плату. Но вы восстановитесь через какое-то время, — успокоила Энлил девушку, а заодно и короля. — Это как с кровопусканием. Постепенно кровь вернется к прежнему количеству… если только не потерять слишком много. Ну вот и все, — колдунья резким движением рванула тени, которые не очень-то желали оставлять такую сладкую добычу.
Лотэсса с удивлением рассматривала руки — темно-багровые синяки исчезли, как и боль. Конечно, девочка сейчас чувствует опустошение и тяжесть на сердце, но это пройдет. Энлил услышала, как король с облегчением вздохнул, а затем решил продолжить расспросы.
— Маг может сделать хранителем любого? — поинтересовался он.
— Нет, — женщина покачала головой. — Маг может сделать хранителем только себя самого. Как правило, маги связывают себя узами с тайными и могущественными колдовскими предметами. Обычно же связь между хранителем и его подопечным — что-то вроде предопределения. Магам дано видеть, кто в окружении, к примеру, монарха предназначен на роль его хранителя. Случается, что с одним лицом или предметом связаны два и даже больше хранителей. Логично, что предназначение хранителя чаще всего обнаруживается у хороших воинов и колдунов. Но ваш случай я нахожу весьма странным. Конечно, девушке грозит страшная опасность, но…
— Вы не считаете меня достаточно хорошим воином, чтобы защитить ее? — с вызовом спросил король, недобро прищурив глаза.
— Отнюдь. Вы сильный мужчина и умелый воин. Из вас выйдет отличный хранитель. Дело не в вас, а в ней, — колдунья кивнула на девушку. — Охраняемые имеют особую ценность и значимость. А что в ней особенного? Не сочтите за оскорбление, энья… Я знаю, что Лотэсса Линсар первая аристократка страны и королевская невеста, но мне казалось, это не повод заполучить в хранители самого короля. Никогда еще не бывало, чтобы хранитель был значимей хранимого.
— Разве могущественные колдуны не более значимы, чем слабые монархи? — странно звучал этот вопрос из уст короля, которому полагалось бы признавать своих собратьев самыми важными людьми любой страны.
— Нет, — Энлил с интересом взглянула на мужчину. — Маги, даже самые сильные, заменимы, особенно у нас, на Шургате, а смерть правителя неминуемо повлечет множество неприятностей, от грызни между наследниками до смуты или даже войны. То, что хранимый важнее, чем хранитель, — правило, не знающее исключений, — упрямо повторила женщина. — Значит, нужно разобраться, в чем уникальность этой девочки…
— Эта девочка — будущая королева, — заметил его величество.
— Возможно, дело в этом, — Энлил не стала спорить. — Так или иначе, вы — ее хранитель, и на вас возложена ответственность за сохранность ее жизни, как выяснилось, достаточно ценной.
— Это я и так знаю, — мрачно буркнул король. — Без всяких легенд о хранителях.
— Мой вам совет: увезите девочку подальше отсюда. Альва не убила того демона, и он вернется рано или поздно…
— Куда я могу ее увезти?! — в его голосе послышалась злость, будто Энлил была виновата в том, что все складывается хуже некуда. — Где она будет в безопасности?