После отъезда Джастина в Нью-Йорк Брайан злобно щелкал хлыстом и не находил себе места. Синтия и Тед, которые за пару дней выполнили месячную норму работы, грозили уволиться, если Брайан не пустит их в рождественский отпуск. Майки надоело слушать сплошные потоки нецензурщины, и он вообще перестал звонить. Даже Дэбби, обладательница золотого терпения, пригрозила оторвать Брайану яйца, если он не перестанет вести себя, как засранец.
Кинни не понимал причины своего взвинченного состояния, но ощущение надвигающейся беды не отпускало. Он прекрасно знал, что Джастин жив, здоров и вовсю готовится к своей очередной траханной выставке. Все было, как обычно, но гребаное волнение оставалось. Брайан считал часы до возвращения партнера и материл себя на чем свет стоит — никогда еще он не чувствовал себя таким злым и неуверенным, и это страшно бесило.
Джастин только посмеивался по телефону над взъерошенным Кинни, которого, по всей видимости, осчастливила очередная шиза. У Брайана такое случалось — иногда он целыми днями молчал и находился в поганом настроении. Джастин прекрасно знал, что в такие дни его лучше оставить в покое, подождать, пока сам перебесится. Но в этот раз даже сам Брайан понимал, что его поведение далеко от нормального, но контролировать себя получалось все хуже.
В этот день Джастин не отвечал на звонки уже несколько часов, а затем и вовсе абонент оказался «недоступен».
Неизвестность напрягала. Конечно, время было позднее, Джастин мог уже спать, находиться на какой-нибудь встрече или банально трахаться, но Брайану совершенно иррационально хотелось просто услышать его голос. Нет, он не думал, что с ним что-то случилось. Но какого ебаного хуя он не отвечает на звонки?
Брайан в очередной раз раздраженно набрал номер. “Абонент недоступен”. Позвонил в галерею — Джастин ушел несколько часов назад.
— Черт тебя дери, — пробормотал он, наполняя стакан любимым виски. — Просто ответь на звонок!
Кинни нервничал и планомерно опустошал свои алкогольные запасы, как вдруг телефон разразился угрожающей мелодией — незнакомый номер.
— Кинни, — мрачно ответил Брайан, заранее уверенный, что ничего хорошего не услышит.
— Мистер Кинни? Меня зовут Томас Оуэн, я доктор в Нью-Йоркской…
— Что, черт возьми, с Джастином? — перебил его Брайан, отбросив всякие манеры. Тревожные ощущения последних дней обрели конкретную причину. Кровь мощным потоком прилила к голове, и Брайан едва удержался на ногах.
— Мистер Кинни! Не волнуйтесь, Джастин жив. На него было совершено нападение, но мы сделали все возможное…
— Адрес! Док, где находится ваша чертова больница?
— Записывайте.
Через пятнадцать минут Брайан уже запрыгнул в свой корвет и погнал по направлению к Нью-Йорку, даже не вспоминая о том, что в его организме плескалось, как минимум пол бутылки «Джемисона». Адреналин перебил действие алкоголя. Мыслей в голове не было никаких — только бы добраться. А остальное потом.
***
После того, как Брайан увидел спокойно спящего Джастина и поговорил с доктором, бешеное напряжение последних часов немного отпустило. Пизденыш снова получил по своей бестолковой голове, но был в относительном порядке. Брайан не мог поверить в то, что этот идиот встрял в потасовку с тремя отморозками и смог отделаться лишь сотрясением. Кинни был готов высказать Джастину все, что думает об его интеллектуальных способностях, но совершенно случайно познакомился с Вилли Спенсером — парнишкой, которого спас Джастин — и его родителями.
Совсем еще ребенок. Напуганные отец с матерью были до слез благодарны Джастину и зачем-то благодарили и его, Брайана. Джон Спенсер оказался окружным прокурором, а это означало, что нападавших обязательно найдут.
«Своих» в структуре правоохранительных органов стараются всегда держать в безопасности.
Для Брайана это не имело большого значения. Для него главным было, что с Джастином все обошлось. Поиграв в супермена, он помог парнишке и заслужил благодарность высокопоставленного лица — обрастает связями.
Джастин очнулся ближе к утру и тут же залил Брайана своим излюбленным любовным сиропом. Конечно, засранец понимал, что именно чувствовал Брайан, мчась сюда, и всеми силами пытался заслужить прощение. Но Брайан видел, что тот слишком доволен собой, чтобы хоть на минуту пожалеть о содеянном.
В любом случае, все было позади. Но это не означало, что Джастин не получит свое после того, как окончательно поправится.
Их выписали через три дня после событий, и в тот же день Брайан увез партнера домой.
Они снова были в Питтсе, и Джастин довольно быстро шел на поправку. Но после возвращения Брайан стал тщательнее присматриваться к нему. Он, конечно, испытывал неимоверное облегчение, думая, что Джастин, как ни крути, еще легко отделался. Его могли покалечить, могли, в конце концов… А вот об альтернативе Кинни думать категорически не хотел. Джастин был с ним, живой и относительно здоровый, и это казалось самым важным.
Узнав о нападении на Тейлора, их импульсивная и заботливая семейка устроила Кинни ад на земле, осаждая лофт всеми возможными способами.
