На грани замужества полностью

Юля вернулась домой с ощущением того, что успела хорошо отдохнуть за эти несколько часов. Вот таких отношений ей не хватало. Рано делать выводы, но определённо стоит дать шанс общению с Павлом.

Она не стала зажигать в квартире свет. Скинула ботинки, куртку и прошла в комнату. Первое впечатление от свидания немного притупилось, в голову полезли мысли об Артёме. Сегодня она решилась на отчаянный поступок. В самый разгар работы ушла без разрешения начальника. Просто сбежала, как студентка с последней пары.

Она не могла не уйти. Обозначить границы — значило для неё не потерять себя, не допустить своего превращения в тень Мастера. Личный помощник — как второе «я» хозяина. Везде и всюду следом за Артёмом. Она должна была уйти, чтобы доказать прежде всего себе, что свободна сама принимать решения. Но за этой свободой стояла ответственность. И сейчас, когда эйфория от смелого бегства прошла, наступило время подумать о последствиях.

Если Гордеев не простит ей этого поступка и уволит, что она будет делать? Работа в студии — самое лучшее, что случилось с ней в жизни. Только у Артёма она впервые поняла, что значит быть на своём месте. А коллектив? Разве можно найти другой такой коллектив, где все больше, чем друзья, и горят одним и тем же делом? Да и таких начальников, как Артём, в её жизни уже точно никогда не будет.

Видно, она совсем не умеет ценить подарки, которые ей преподносит судьба. Она уже потеряла Артёма как мужчину, а теперь, возможно, лишится работы и потеряет его как начальника.

Нельзя об этом думать. Всё образуется.

Юля сидела в тёплой воде в ванной и пыталась расслабиться, когда зазвонил мобильный телефон, он остался на полке в прихожей. Из-за двери звуки доносились приглушённо, но просто оглушили её. Артём?! Сердце гулко ударилось об рёбра.

Если это Артём, что она ему скажет?

Она выскочила из ванной и бросилась в прихожую, оставляя на полу лужицы воды.

На экране телефона увидела «Саша».

Неожиданно. Не то чтобы финансистка ей никогда не звонила, но не в такой поздний час.

— Юль, ты сумасшедшая!

— Наверно, — сразу согласилась с определением своего психического состояния Юля.

— Ты одна? — спохватилась Саша.

— Одна, — она стояла в прихожей абсолютно голая, мокрая кожа покрылась мурашками, ступни ног заледенели.

— Слушай, ну ты отожгла сегодня!

— Всё так плохо?

Надо вернуться в ванную, забраться обратно в тёплую воду и оттуда говорить. Но она продолжала стоять в прихожей и только про себя молила Сашку поскорее донести до неё плохие новости про увольнение. Но Сашка словно издевалась и совсем не чувствовала состояние Юли.

— А сама как думаешь? Ну, когда наш Артём тебя по имени-отчеству назвал, мы за тебя пальцы скрестили. Он же никогда, понимаешь, никогда никого из своих сотрудников по отчеству не называл.

— Помню, — тихо отозвалась Юля только для того, чтобы Саша знала, что её слушают.

— Когда ты сбежала, мы все испугались. Это он с виду такой душка, а в гневе страшен. Весь вечер ходил чернее тучи, мы даже дышать в его сторону боялись.

— Артём меня уволил? Да или нет? — не выдержала Юля.

— Я не знаю. Ты разговаривала с ним?

— Понятно, — уклонилась от ответа Юля, потом быстро попрощалась и отключилась.

Сердце выпрыгивало из груди. Она вернулась в ванную, залезла обратно. Вода остыла. Включила горячую. Села, обняла колени. Зубы стучали, то ли от нервов, то ли от того, что замёрзла в прихожей. Горячая вода смешивалась с остывшей неравномерными потоками.

Зачем себя мучить неизвестностью, если можно позвонить Гордееву и всё узнать. Юля схватила телефон, который на этот раз взяла с собой в ванную, нашла нужный номер.

— Артём, — чуть не плача от нервного напряжения, сказала она и замолчала. Слова застряли в горле.

— Я сейчас приеду. Ты дома? — сразу отозвался он.

— Да. То есть, нет, нет!

Но он услышал «да» и отключился.

Артём позвонил в дверь через сорок минут. Юля едва успела высушить волосы. Он ворвался в квартиру, как ветер — сильный тёплый южный ветер. И сразу заключил её в свои объятия. От него пахло осенним дождём и сосновой смолой. Мысли путались, ноги подкашивались, хотелось обвить его крепкую сильную шею руками, прижаться к нему и больше ни о чём не думать. Но это было обманчивое ощущение. И завтра обязательно наступит протрезвление. Ещё одно расставание с ним может окончательно убить их отношения.

— Артём, — она попыталась высвободиться из его объятий. Но он держал крепко и отпускать не собирался.

— Юлька, как же я по тебе соскучился!

— Артём, послушай…

— Нет, это ты послушай, — перебил он. — Какая дурь на нас нашла, что мы решили расстаться?

— Это не дурь, а здравый смысл.

Но он её не слушал. Он целовал её волосы, нежно гладил по спине и плечам.

Юля должна была его остановить. Ведь с Гордеевым невозможно построить серьёзные отношения. Это сейчас он обжигает страстью, готов мчаться к ней по первому звонку, но пройдёт совсем немного времени, и он успокоится, привыкнет к ней, и его глаза перестанут вспыхивать искрами при взгляде на неё. Ему будет нужна другая муза, в новых отношениях он будет искать вдохновение.

Стоп!