На грани замужества полностью

Юля последовала за Эдиком на второй этаж, где в самом углу располагался столик специально для организаторов, то есть для них. Это было персональное место Гордеева, но сейчас он варился в самой гуще на первом этаже. Она слушала Эдика, даже отвечала ему, но была отстранённой, потому что думала об Артёме.

Кстати, где он?

Юля вернулась к лестнице, встала на верхней ступеньке и оглядела зал первого этажа, ища глазами шефа. У входных дверей скопились люди, там было какое-то оживление и мелькала голова Гордеева. Юля стрелой полетела туда.

— Ты куда? Я тебя не отпущу! — она почти лоб в лоб столкнулась с Эдиком.

— Что это значит? — удивилась Юля, пытаясь его обойти.

— Артём сваливает, и ты туда же.

— Артём сваливает? — как попугай повторила Юля. — Но он всегда остаётся до конца своих вечеринок.

— Не в этот раз.

Эдик хотел ещё что-то сказать, но Юля его уже не слушала, изловчилась и выскользнула. Она бросилась к выходу и перехватила Гордеева у дверей.

— О, Юль, привет! — рассеянно поздоровался он. На его плече повисла Кристина, как уродливый гигантский лемур. На ней было ультракороткое золотое платье в паетках. На губах глупая блаженная улыбка.

— Ты не можешь сейчас уйти, — твёрдо сказала она и загородила собой проход. — Даже Фролов ещё не приехал. Кто его будет встречать?

— Ты за всем проследишь лучше, чем я. Да и Нику ты нравишься больше. Поверь, — он загадочно улыбнулся.

— Артём! Это твоя вечеринка! Что я скажу гостям? — не сдавалась Юля.

— Что-нибудь придумаешь. Ты такая умная.

Он отодвинул Юлю в сторону, словно она была манекен, и вышел вместе с Кристиной на улицу. Юля осталась стоять у дверей и никак не могла восстановить сбившееся дыхание. Просто земля из-под ног.

Но стоило поднять глаза, и она столкнулась взглядом с Кедровым. Он находился всего в нескольких шагах от неё с зажатой между пальцев сигаретой и оказался свидетелем этой унизительной для неё сцены. В его глазах читалась жалость.

Это было невыносимо.

У Юли внутри словно лопнул шар с ядом и отравил всё, включая здравый смысл. Она направилась, как танк, в сторону Кедрова, готовая раздавить его только за то, что он посмел её пожалеть. Андрей заметил её раскрасневшееся от гнева лицо, быстро выбросил сигарету в урну и вернулся в зал.

Догонять его было глупо.

Юля сразу почувствовала себя ужасно несчастной. Выплеснуть эмоции было не на кого, и они душили её изнутри. Она схватила пальто и выбежала в холодный осенний вечер, на ходу строча сообщение Эдику. Он — профессионал, справится без неё. Ей сейчас так плохо, надо отползти в безопасное место и выплакаться.

Ведь с самого начала не хотела идти на эту вечеринку, но не послушала свою интуицию. Юля взяла такси и всю дорогу смотрела в окно, туда, где в свете фонарей монотонно мелькали дома. Немного успокоилась.

Когда поднялась в квартиру, уже ругала себя за несдержанность. Позвонила Эдику, узнала, как дела, заодно извинилась.

После этого решила выключить телефон и провести остаток вечера в тишине, без лишних мыслей и эмоций. Но неожиданно позвонила мама.

— Доченька, с тобой хочет поговорить папа, — сказала она.

— Хорошо, — отозвалась Юля, и внутри всё сжалось от предчувствия.

Послышались треск и шорох, это мама передала телефон отцу.

— Дочь, — серьёзно начал отец. — Я думал о твоём предложении.

Пауза.

Юля тоже молчала, как будто боялась спугнуть удачу.

— Я хочу попробовать. В общем, согласен посмотреть, что ты там купила.

— Пап, как же я рада! Правда. Ты меня сейчас к жизни вернул, — осеклась и добавила: — Первая хорошая новость за сегодня.

— Не дури! Это ты, дочь, ты…

— Что я?

— Ты молодец! Ты боец! Моя порода. Настоящая Потапова.

— Спасибо, — прошептала Юля, горячие слёзы уже лились по щекам. А ведь не собиралась реветь.

— За что? Это тебе спасибо.

— За эти слова. Ты даже не представляешь, как долго я их ждала от тебя. Наверно, всю предыдущую жизнь.

— Прости. Я не знал, — растерялся отец.

— Всё нормально, — сквозь слёзы произнесла она.

— Но я всегда тебя любил. Ты же это знала. Должна была знать. Всё, что я делал в жизни, всё для тебя и мамы. Просто я не такой человек, чтобы слова всякие говорить.

— Я понимаю. Сейчас я уже многое понимаю. И я рада, что мы вместе и опять на плаву.

— Пока рано об этом.

— Самое сложное мы сделали. Мы решились начать заново. Теперь только надо всё правильно организовать. А в этом ты, папочка, настоящий профессионал.

— Ишь, какая умная стала. Но, знаешь, я горжусь тобой, дочка! Очень горжусь.

Эти слова так и стучали у неё в голове.

Горжусь. Горжусь. Горжусь.

— Юль, где Артём? — спросила Валентина, начальник производства, стоило Юле показаться в дверях студии.

— Наверно, в офисе.

— Его там нет.

— Сейчас только половина восьмого. Ты постучи к нему в комнату.

— Охрана сказала, что он ещё не приехал. А у нас тут такое творится! Ни тебя, ни Гордеева нет. И когда вы, наконец, устроите свою личную жизнь и начнёте нормально работать?! — в сердцах выпалила Валентина и помчалась вверх по лестнице.

«Ну и начало дня!» — пробубнила Юля себе под нос.