— Нужно дыру заделывать в коробке передач и масло где-то взять для неё. Тогда можно его оживить будет.
— Что будем делать?
— Оставим здесь. Дальше пешком. Кого мы там объезжали?
— Не знаю, не рассмотрел.
— Тогда как рассветёт, схожу, посмотрю.
Утром я выяснил, что мы обгоняли три крестьянские подводы, ночевавшие на обочине дороги. После этого подошёл к ним. Как только я подошел, они сразу по выхватывали мечи. Поднял руки и показал, что не собираюсь на них нападать.
— Что тебе нужно — спросил одни из них.
— Мне от вас ничего не нужно.
— Хотел только спросить далеко города? Мой приятель ранен.
— Смотря до какого?
— До ближайшего.
— Не очень.
— Вы не туда едете?
— Даже если туда.
— Может, подвезёте нас? Мы заплатим. Кроме того будем вас охранять. Мы хорошие воины.
Они недолго совещались, потом один сказал:
— Двадцать серебрушек.
— Десять и мы вас охранять будем.
— Пятнадцать.
— Договорились. Сейчас я схожу за ним.
— Хорошо мы будем ждать.
Дарс ждал меня у квадроцикла
— Ну что там?
— Крестьяне. Я договорился с ними, они отвезут нас до ближайшего города.
— Это хорошо, что не потребуется тащить всё на себе.
— Ты главное хромай сильнее, я сказал, что ты ранен.
— Понял.
Мы забрали мешки с продовольствием, остальные наши вещи и пошли к ним. Они нас посадили в первую повозку. Она была запряжена гримом. К моей радости грим никак не среагировал на наши метки алаев. После нашей погрузки повозки сразу поехали дальше. Крестьянин, с которым мы ехали, попался не разговорчивый. Он односложно отвечал на вопросы Дарса, который желал с ним пообщаться. Впрочем, Дарсу удалось выяснить, что скоро будет город, назывался он Тирол. Именно туда крестьяне ехали торговать. На следующий день мы увидели стены этого города, у его ворот уже шла активная торговля, когда мы там появились.
Мы заплатили пятнадцать серебрушек крестьянину и слезли с телеги. Расположившись рядом. После этого крестьяне стали активно торговать к подошедшим к ним купцам и про нас все забыли.
— Что будем делать? — спросил Дарс.
— Не знаю.
— Пойдём в город или останемся здесь?
— Думаю в город нам нельзя.
— Тогда я здесь осмотрюсь, — он растворился в толпе местных.
Сам я отошел в сторону и расположился с тени большого куста. Дарса долго не было, когда он появился, сходу заявил.
— Слушай, я разговорился с барменом. Здесь есть один парень. Он может нас провести через горы.
— С барменом? Ты в город ходил? Провести через горы? — переспросил его
— Да.
— Что за парень? Зачем он водит в горы кого-то?
— Не знаю, да и нам какая разница. Главное он может провести на другую сторону горного хребта.
— Ты готов идти в горы? Нам осталось немного. Скоро северные города начнутся. Не вижу смысла теперь идти в горы.
— Местные горы не высокие и там нет снега, но главная проблема не в этом, дальше не получиться проехать.
— Почему?
— Впереди один из северных городов и два южных не поделили что-то. У них намечается война. Никто из караванов не ходит сейчас туда.
— Вот не везёт. Наша черная полоса продолжается. Что этот паренёк хочет за это?
— Пятьдесят серебрушек.
— Тогда нужно соглашаться. Это небольшие деньги. Нужно только тёплые вещи купить.
— Он сказал, что нужно много что купить.
— Нужно — купим.
— Он завтра хочет выходить. Вот только мы не одни с ним пойдём.
— Это даже хорошо.
Наш проводник оказался шустрым малым и сразу повёл нас по местным лавкам. Сам я был непротив купить все, что сказал проводник, но Дарс сразу уперся. Из одежды он купил нам только шапки и перчатки. Причём не купил, а выменял на трофейную одежду что у нас была. При этом сумел продать сёдла. Купили мы только фляжки для воды и верёвку и то, потому что я настоял. После этого проводник критически посмотрел на нашу обувь, но ничего не сказал. Видимо понял, что Дарс больше ничего не собирается покупать. Когда мы шли к остальным спросил у Дарса.
— Ты чего жмотишься?
— Нам ещё долго обратно идти, серебрушки понадобятся ещё. Проводник сказал, что здесь всего несколько дней идти. Мы с тобой ходили там и знаем что это. Зачем нам покупать все, что он сказал?
— Ты путаешь дружище. Мы там ездили, и всю дорогу ты прятался за моей спиной. Это я хорошо помню.
— Потерплю неделю.
— Смотри, замёрзнешь.
— Всё в порядке будет.
