– Были времена, когда Грань тщательно охраняли. – Фея нежно провела большим пальцем по изображению морского конька на своей руке. – У нас по два родимых пятна – по одному от каждого родителя. У потомков, естественно, есть только одно.
– А что означают эти пятна? – спросил я.
– Это значит, что у кого-то есть пятно точно такой же формы, как у тебя. И если мы его найдём, то поймём, что перед нами твой дедушка, – ответила Фея.
– Или твоя бабушка, – добавил профессор Кассиан.
Я хотел спросить, почему это им настолько важно, но тут ковёр на стене, сквозь который мы попали в библиотеку, на какой-то миг чудесным образом превратился в снежную бурю, и через мгновение в комнате уже стоял Гиацинт.
– Прошу меня простить, но боюсь, нам пора возвращаться, – сказал он. – Родители Квинна могут проснуться в любую минуту.
Я проснулась от того, что кто-то с силой тянул меня за палец правой ноги. Открыв глаза, я обнаружила, что это была Луиза. Она стояла у моей кровати и смотрела на меня в упор. Увидев, что я проснулась, Луиза ехидно произнесла:
– Тебе кто-нибудь говорил, что когда ты спишь, то смешно разеваешь рот? Не слишком приятное зрелище.
Сначала мне показалось, что я до сих пор нахожусь в кошмарном сне, но тут мой взгляд упал на Леопольда, который сидел за письменным столом и вертел в руках мою линейку.
– Какая малюсенькая комната, – сказал он.
Да, так оно и было. Но эта комната прекрасно подходила на роль обзорного пункта дома фон Аренсбургов, и ещё она находилась максимально далеко от родительской спальни. Поэтому я уже давно перестала жаловаться на несправедливость судьбы – комната Терезы была вдвое больше моей. Но я любила свою маленькую, уютную норку.
К сожалению, это был не сон.
– Что вы здесь делаете? – Я резко села на кровати и поспешно подтянула одеяло к подбородку, чтобы Луиза не успела прочитать надпись на моей футболке, которая гласила: «Я НЕ Луиза».
– Мы думали, ты осталась на ночь у Юли. Ты же по субботам всегда так делаешь, – ответила Луиза. – В общем, твоя мама велела нам подниматься наверх и чувствовать себя как дома. У нас завтра на первом уроке контрольная по математике, нам срочно нужны тетради в клетку. Марихен использовала все пустые тетрадки для своих поделок.
– Хоть убей не пойму, какие могут быть поделки из листов в клетку. – Леопольд то поднимал, то опускал моё компьютерное кресло.
– То есть вы перелопатили всю мою комнату, пока я спала?
«Вот ещё одна причина для того, чтобы хранить дневник под скрипучей половицей, которой у меня, к сожалению, нет».
– Нет, – сказала Луиза.
А Леопольд тут же добавил:
– Нам пришлось немного переложить твои вещи, пока мы искали то, что нам нужно. Например, я хотел найти ластик, но так и не понял, где ты его хранишь. Поэтому Тереза дала нам один из своих.
– Совсем обнаглели! – возмущённо воскликнула я.
Луиза недовольно поморщилась:
– Так есть у тебя тетради в клеточку или нет?
– Я ни одной не нашёл, поэтому Луиза решила тебя разбудить, – объяснил Леопольд.
Мама просунула голову в дверной проём. Зайти бы у неё всё равно не получилось, даже с двумя «гостями» комната казалась переполненной.
– Какой сюрприз! Я думала, ты осталась у Юли. Даже не слышала, когда ты вернулась. Вы что, поругались?
– Нет. Я… («Спешила спрятать свой дневник, чтобы ты не смогла прочитать, что мне заплатят по-королевски за работу у фон Аренсбургов. Если Квинну вообще понадобится моя помощь. На кладбище он ходил совершенно нормально… О боже…»)
Воспоминания о событиях прошлой ночи свалились на меня словно мешок на голову. Да, как тяжёлый мешок. Говорящий бронзовый памятник, портал на могиле… На долю секунды я будто снова ощутила руку Гиацинта на своём лице и страх, который меня охватил.
Когда я вернулась домой, то, конечно же, не смогла просто пойти спать, а уселась наблюдать за домом фон Аренсбургов и ждать возвращения Квинна. Но, к сожалению, в какой-то момент я провалилась в сон, а когда проснулась, примерно через час, с некрасивым отпечатком ладони на щеке, не могла точно сказать, вернулся ли Квинн за это время домой или нет. Что же произошло прошлой ночью на кладбище? Всё ли с Квинном в порядке? Мне надо было это выяснить, и чем скорее, тем лучше. А значит, прямо сейчас.
– Если уж ты дома, заправь кровать сама! Вот, передай это Матильде. – Мама сунула в руки Луизе аккуратно сложенные простыню и пододеяльник. – Мы будем очень рады, если ты без промедления спустишься вниз, и мы пойдём в церковь.
– А я буду очень признательна, если никто не будет пускать посторонних людей в мою комнату без моего разрешения, – сказала я.
Но мама этого уже не услышала. В тот момент мне было уже всё равно, увидит ли Луиза надпись на моей футболке. Я распахнула одеяло и соскочила с кровати.
– Эх, к сожалению, тетрадок у меня для вас нет, даже в линейку. Так что до свидания. Надеюсь, не скорого свидания. Пока-пока!
