– Слушаюсь! – вытянув руки по швам, бодро отрапортовала Ирина. – Товарищ капитан, разрешите вначале принять душ?
– Выполняйте! – великодушно разрешил Михаил. – Только побыстрее, а то завтра рабочий день – не проснемся. Шевелитесь, девочки.
Подруги скрылись в ванной, а Иванов с Ковалевым вышли на балкон.
– Саня, ты говорил, что будешь моим должником, – напомнил Ковалев, закуривая.
– Помню.
– Мое условие: будешь – если не переспишь с Наташкой.
– А твой интерес в чем? Или сомневаешься, что справлюсь?
– Сильно сомневаюсь. А интерес мой состоит в том, чтобы узнать, кто из мужиков у нас са-амый «крутой»? Кто Наташку сможет «объездить»?
– Хочешь потешить самолюбие, – догадался Иванов. – Но имей в виду: Наташа – женщина редкая и умная, поэтому, если я не добьюсь ее сегодня, то буду добиваться завтра, послезавтра и дальше, пока она не станет моей. Нужна она мне. Понимаешь, Мишка, чувствую – очень нужна! Условие твое принимаю, потому что ты все равно проиграешь, Мишаня. Но в любом случае я благодарен тебе за этот вечер.
– Ставлю две бутылки коньяка. Не переспишь – отдашь четыре, – подзадоривал Ковалев. – Срок – неделя!
– Согласен.
– Ну так дерзай, летчик-налетчик-перехватчик! – по-доброму напутствовал Михаил.
Через окно друзья имели возможность наблюдать, как девочки полуодетыми вышли из ванной, прошли на кухню и прикрыли за собой дверь.
– Пора и нам, – Михаил первым пошел умываться.
После него Иванов с преогромным удовольствием принял душ.
Когда он, закончив водные процедуры, появился в комнате, все уже лежали по кроватям: на одной – Михаил с Ириной, накрывшись простыней по пояс, головами к балконной двери; на другой – ногами к ним, натянув простыню до самого подбородка, лежала Наталья. Она не смотрела в сторону Иванова. Он почувствовал, как от сладостного предвкушения в волнении забилось сердце, и кровь ударила в голову. Место на кровати возле Наташи оставалось свободным. Стараясь не спешить, Иванов выключил горевший на кухне свет и в одних плавках дошел до кровати.
Наташа лежала все в той же позе на спине, лишь отодвинулась к самой стенке, оставив свободной почти все пространство кровати. Иванов одним движением запрыгнул под простыню. Но прежде чем он успел прикоснуться к девушке, та произнесла строгим шепотом:
– Ты помнишь наш разговор?
– Да, – от волнения с трудом переводя дыхание, ответил он и, не в силах удержаться, провел рукой по девичьему телу и понял, что она почти совсем без одежды.
– Ты помнишь, что обещал? – настойчивее повторила вопрос девушка.
– Помню: ничего! – он прижался к ней и, взяв за подбородок, поцеловал в губы.
– Нет, ты обещал! – не сдавалась она, отворачивая лицо, упираясь руками в грудь своего настойчивого ухажера и пытаясь оттолкнуть его от себя ногами. Но неожиданно девушка расслабилась и застыла в оцепенении. Обняв, он прижался к ней:
– Помню, я обещал не торопить события, если ты не хочешь. Но ведь ты хочешь, Наташа!..
Он попытался овладеть девушкой, но, видимо, уж слишком грубо. Резкий звук пощечины отразился эхом сразу от всех четырех стен. В левом ухе и хмельной голове Иванова долго стоял тупой звон. Сквозь этот звон он расслышал, как на соседней кровати захихикали.
– Вам что, заняться нечем? – сердито крикнул Иванов в их сторону.
– Уже занимаемся, – донесся оттуда довольный Мишин голос. И там прыснули еще громче. Этот смех окончательно привел Иванова в чувства.
– Ну и ударчик у тебя! – Иванов потер горящую левую щеку, постепенно успокаиваясь. Наташа напряженно сидела, прислонившись спиной к стене и закрывшись простыней.
– Пощечины запоминаются дольше поцелуев! – сухо бросила она.
– Расслабься, я на женщин не обижаюсь. Давай мириться. – Иванов сделал попытку лечь и положить голову ей на колени. Наташа не стала возражать, только села удобнее, выпрямив ноги.
Соседи зря времени не теряли: на их любовном фронте шли активные действия, сопровождающиеся бессовестными стонами.
– Наташа, ты мне очень нравишься, и я отношусь к тебе серьезно, – произнес Иванов, посмотрев в сторону соседней кровати. – Помнишь тот день, когда я тебя в первый раз увидел? Ты мне тогда понравилась сразу. Я сказал тебе об этом, помнишь? Потом, уже при второй нашей встрече, когда мы летели из Грозного, я почувствовал, что мне тебя так не хватало все эти дни. И я Мишку упросил, чтобы он нас обязательно познакомил. И когда увидел тебя у Анны Семеновны, то понял, как ты мне нужна… Только ты. А когда Мишка нас с Андреем привез в дом Анны Семеновны, как я корил себя за испорченный вечер! Ты тогда была такой красивой! Теперь, когда ты рядом, я понимаю, что отказаться от тебя – это выше моих сил! Сделай меня счастливым, и более благодарного мужчины у тебя не будет! А я сделаю все, Наташка, чтобы тебе было хорошо со мной…
– Красиво говоришь, Саша, – хочется верить. А что же дальше? – она легко подтолкнула его голову на подушку. Сама легла рядом, доверчиво прижавшись и положив голову Иванову на грудь. Он боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть девушку.
