– Так вот, огненные, они же золотые дожди, – отхлебнув из чашки, продолжала Афина. – Механизм образования этих дождей вкратце таков: стационарные тайфуны, которые на Грозном всё лето кружат на пятьсот километров к югу от архипелага Буровского, поднимают в воздух миллионы тонн воды с поверхности океана. В это время там, в воде, как раз идет массовое размножение светящегося планктона. И этот планктон, представьте себе, потом выпадает с дождями! И не просто выпадает, а заставляет дождь сиять за счет биолюминисценции! Впрочем, скоро сами всё увидите.
– Да уж, увидим, на улице вовсю гремит, – проворчал Розалинов. Его лицо, опухшее со сна, показалось Афине особенно несимпатичным.
– Уважаемая наша Афина, – вдруг спросил Григорий, прервавший ради этого вопроса археологические раскопки в своем миндальном суфле, – а какова связь между этими красивыми огненными дождями и вашими… то есть нашими… тевтидами?
– Аридотевтидами, – уточнила Афина. – Связь самая непосредственная! Светящийся планктон для аридотевтидов как валерьянка для котов! Душу продадут за него! Когда начинается огненный дождь, они забрасывают все свои дела и собираются на окраинах джунглей, покрывающих остров Понедельник. Лиственный покров тесно растущих деревьев образует почти непроницаемую для дождя крышу. Поэтому основные массы воды низвергаются настоящими водопадами вдоль опушек. И именно эти водопады магнитом притягивают аридотевтидов. Там–то, близ опушки, мы и сядем в засаду.
– А они, эти ваши звери, что, под деревьями садятся с открытым ртом и ждут, пока им туда дождь накапает? Так что ли? – Спросил рядовой Мохович.
– Примерно так. Они пьют дождевую воду из рафлезиеобразных цветов. Их полно на опушках и в каждый такой цветок может войти четыре ведра воды.
– Вы только не обижайтесь, товарищ Афина, – подал голос старший сержант Липин. – Но мы с ребятами так и не поняли, как выглядят эти ваши тевтиды.
– Аридотевтиды, – поправила Афина. – В переводе с греческого это означает «кальмары, живущие на суше». Вот, поглядите, – с этими словами она нажала на кнопку передвижного демонстратора.
Проектор высветил на стене палатки, ходящей на ветру туда–сюда, видеоролик. Некие целеустремленные многоногие существа, почти полностью сливающиеся по цвету с корой гигантских деревьев, карабкались вверх по стволам, да притом так шустро, что ни сосчитать их число, ни как следует разглядеть какие–либо подробности их облика было невозможно. От существ отчетливо веяло чем–то предельно чуждым человеку, чем–то экстремально инопланетным…
Некоторое время саперы наблюдали за происходящим на экране, приоткрыв от изумления рты. А потом рядовой Мохович спросил:
– Я чего–то не понял. Это обезьяны, что ли?
– Я один раз от нефиг делать смотрел чоругский спорт по визору, – вставил Белошапко. – Такое же ощущение примерно.
Афина улыбнулась и покачала головой.
– Это не обезьяны. Хотя образ жизни чем–то похож… Аридотевтиды – такие особенные высокоразвитые моллюски, отдаленно похожие на наших земных наутилусов. Миллионы лет назад подводные вулканы, на которых они жили, стали подниматься над поверхностью моря, и им пришлось эволюционировать… В итоге получилось то, что вы видите: нечто вроде небольшой обезьяны, у которой десять конечностей, и туловище, частично прикрытое мягким хитиновым панцирем. Аридотевтиды – холоднокровные. Их кожа покрыта хроматофорными клетками. Проще говоря, они как хамелеоны сливаются с любой поверхностью. Ночью это особенно большая проблема. Их не видно ни тепловизионным, ни светоусилительным ноктовизором. Но, к счастью, техотдел Российской Академии Наук при помощи моего дорогого мужа, – Афина указала на Григория, который как–то очень по–девичьи зарделся, – разработал специально для таких случаев систему микроволновой локации «Полифем». Функционально это тот же ноктовизор, но небольшого радиуса действия…
– Так у нас у всех, что ли, по такому будет? Или только у вас, товарищ Афина? – Спросил рядовой Гресь.
– Мы раздадим вам все четыре комплекта, которые имеются на борту «Эйлера». Остальным придется довольствоваться обычными ноктовизорами, которые, насколько я знаю, имеются в комплекте вашей экипировки.
– У нас еще сети есть… Может, пригодятся? – Поинтересовался старший сержант Липин.
– Пригодятся. Но только для того, чтобы дотащить парализованных аридотевтидов до «Каймана». А вот для ловли таких существ они совершенно бесполезны…
– Вы сказали «парализованных»? А чем парализовывать–то будем? – Это был Розалинов.
– Электропулями. Это тоже наша новейшая РАНовская разработка, – пояснила Афина. – Поскольку аридотевтиды холоднокровные, притом с очень особенным обменом веществ, ввести их в состояние временного паралича можно только вырубив большую часть их нервных узлов. С этим прекрасно справляются именно электропули.
– А к электропулям прилагаются электроружья?
– Они унифицированы по патрону с обычными армейскими боеприпасами. Скажем, ими можно стрелять из вашего автомата «Алтай», надо только выставлять наименьший импульс бинарной смеси…
