Конечно же, это было всего лишь видением, еще одной попыткой отвлечься от навязчивого желания выхватить палаш и проткнуть насквозь капитана, а потом перерезать и остальных членов команды.
Пиратский корабль был совсем уже близко. Разбойники, судя по всему, собирались брать «Маргариту» на абордаж.
Не дожидаясь, пока первый крюк намертво засядет между досками палубы, Джефри разбежался и прыгнул.
Мортимер открыл рот.
«Маргариту» и пиратское судно разделяло около десяти футов. Но капитан был уверен, что Джефри не может оплошать и плюхнуться в воду.
Еще в воздухе жнец выхватил палаш из ножен. Поэтому, едва приземлившись, убийца рубанул застывшего в оцепенении пирата и бросился на остальных.
Разум отключился. Тело больше не слушалось жнеца; оно действовало само — быстро и уверенно.
Один за другим, как молодые березки под топором опытного лесоруба, разбойники падали ниц, заливая кровью доски палубы.
А Джефри все рубил, колол… убивал.
Когда же последний из пиратов, покачнувшись, упал, Джефри без сил рухнул на колени и выпустил рукоять палаша из взмокшей ладони.
Разум вновь был с ним. Жнец смотрел на трупы, покрывающие, казалось бы, всю палубу. Море крови растекалось по доскам.
Такие же люди, как он сам. Не ящеры. Не колдуны — некроманты.
Обычные люди. Пусть негодяи и грабители, но — люди.
Нет, он, разумеется, и раньше убивал людей. Но то — совсем другое дело. Жнец убивает потому, что он не может иначе. Потому, что его собственная жизнь зависит от этого заказа. Можно сказать, за жизнь они и убивали.
Но теперь мира Ночи нет, и он, по сути, больше не жнец. Теперь он — обычный человек…
…который вновь вынужден убивать.
Шнирхе, что же с ним происходит?..
— Кварус благословенный… — ошарашенно пробормотал Мортимер.
Еще никогда он не видел ничего подобного. Один-единственный воин перебил всю команду пиратского корабля во главе с капитаном!
— Тебя не ранили, Джефри? — спросил Мортимер, стараясь не показывать своего волнения. Голос у него, однако, слегка подрагивал.
— Нет, все в порядке. — Жнец, не оборачиваясь, поднял правую руку вверх. — Сейчас, переведу дыхание и вернусь на корабль.
— Давай поскорей, — поторопил его капитан.
Жнец сделал знак, что да.
Жажда ушла, как и не было ее. Но она обязательно вернется — в этом Джефри не сомневался.
Нужно поскорее попасть в этот… Зейд, отыскать изгоя и попытаться найти ответы на некоторые вопросы… Для начала выяснить, действительно ли лорд Лейзон — тот самый легендарный изгой или это просто его, Джефри, домыслы?
Смахнув упавшую на глаза челку, жнец поднялся. Разбег, полет — и он уже стоит на палубе «Маргариты».
— Нормально ты их… — мотнув головой, сказал Мортимер. — Да так быстро! Они и не поняли, похоже, что за ураган по их кораблику прошелся да всех в капусту порубил! Где ты этому научился?
— В Зейде, — ответил Джефри.
— Кто же был твоим учителем?
— Он просил не называть его имени.
— Почему же? — не отступал капитан.
— Откуда мне знать? — пожал плечами жнец. — Можете спросить у него при встрече.
— А, значит, имя ты назвать не можешь, а где живет — пожалуйста? — хмыкнул Мортимер.
— Ну, не совсем. Просто он умер. Я могу показать, где находится его могила.
Лицо капитана вытянулось.
— И давно? — спросил он после небольшой паузы.
— Три года назад.
— Мои соболезнования. С тех пор ты подался в матросы? Или ты вроде телохранителя был при каком купце?
Джефри уже порядком устал выдумывать что-то. Поэтому он просто упал на палубу и закрыл глаза, изображая обморок.
— О Кварус! — испуганно воскликнул капитан. — Эй, Джонни! Скорее воды! Джефри плохо!
Заботливый юнга вылил на жнеца целое ведро, и только тогда жнец соизволил приоткрыть один глаз и тихо простонать:
— Отнесите меня… вниз… Мне что-то… нехорошо…
— Отнеси его вниз! — словно попугай Остроноса, повторил Мортимер. — Да поживей! А потом возвращайся — надо еще осмотреть фрегат. Вдруг там что-то ценное обнаружится?..
Джонни кивнул, взвалил жнеца к себе на плечи и понес в трюм.
Только когда шаги юнги затихли, Джефри позволил себе сладко потянуться и зевнуть.
И откуда в некоторых людях столько любопытства?
Отвернувшись к стенке, жнец закрыл глаза. Схватка с пиратами и, главное, долгая борьба с самим собой не прошли даром — Джефри чувствовал невероятную усталость. Поэтому он решил вздремнуть до вечера.
Еще раз зевнув, жнец провалился в сон.
— Генерал! К нам движется флотилия!
— Чья? — Роме даже подскочил в кресле и едва не выронил трубку.
— Да Шнирхе его знает! Сами поглядите! Вроде не жейская…
Генерал ругнулся, но все же поднялся и поспешил за солдатом.
Немолодой уже Роме являлся одним из самых опытных офицеров королевской армии. Не раз и не два этому ныне растолстевшему и постаревшему, а прежде высокому и статному генералу доводилось усмирять волнения на окраинах Зейда.
И, надо сказать, делал это он с завидной легкостью. Благодаря умению генерала, королевская армия теряла ничтожно малое число солдат — в то время как противник оказывался на голову разбитым.
