Он въехал в небольшую деревеньку, расположенную на обширном плато. Со всех сторон ее огораживали каменные стены гор. И только одна дорожка вела сюда — та, по которой приехал Джефри.
У первого же домика стоял худощавый уг с длинным посохом в руке. Он хмуро смотрел на жнеца.
— Это я разговаривал с тобой, чужеземец, — сказал обитатель гор, когда Джефри обратил на него внимание. — Племя угов приветствует тебя.
— И вам доброго дня, — склонил голову жнец.
— Уги — мирное племя, которое ни с кем не враждует. Но это не значит, что мы рады гостям. Гости отвлекают от познания великой мудрости, чужеземец.
— Понимаю, — кивнул Джефри. — Но я бы не стал вас тревожить, если бы знал, к кому еще могу обратиться со своей бедой.
— Это я уже понял. И дозволяю тебе, хоть подобное и против любых правил, поговорить с нашим оракулом. Но сначала я, чтобы уги не показались тебе такими негостеприимными, предлагаю отужинать со мной в моем доме. Ты принимаешь мое приглашение, чужеземец?
— Конечно. Не могу же я обидеть радушного хозяина.
— Тогда привяжи коня и входи. Я велю жене накрыть стол, — сказал уг и скрылся в доме.
Джефри спешился и, привязав Черныша, последовал за горцем.
В сложенном из камня домике было всего две комнаты. Одна из них служила одновременно и гостиной, и столовой, и спальней, вторая отводилась под кухню.
В гостиной уже был накрыт стол. Словно к его приезду подготовились заранее.
И откуда они взяли столько еды здесь, посреди гор?
— Удивлен? — усмехнулся горец. Впервые Джефри увидел улыбку на его лице. — Но это не магия, чужеземец, — это умение наших охотников. Каждый день они спускаются вниз, в лес, и возвращаются каждый раз отнюдь не с пустыми руками…
— Да что же вы стоите! — всплеснула руками столь же худая, как и ее муж, горянка. — Садитесь, иначе остынет все!
Джефри и горец не заставили себя упрашивать.
— Так когда я смогу попасть к оракулу? — спросил Джефри, прихлебывая чудесный травяной отвар из кружки.
— Сейчас мы закончим, и я назначу с тобой двоих. Они сопроводят тебя к мудрейшему. Хоть мы и разделили с тобой трапезу, чужеземец, я не могу доверять тебе всецело. Поэтому эти двое будут приглядывать за тобой — так, на всякий случай. Ты, надеюсь, не замышляешь ничего плохого? Иначе…
— Ты видишь меня насквозь, вождь, — покачал головой жнец. — О каких «замыслах» ты говоришь?
— Ты из другого мира, как сам признался совсем недавно. Так почем мне знать, что ты действительно думаешь?
— Я не настолько сложное существо, как тебе может показаться, — беззлобно улыбнулся Джефри. — На самом деле я — обычный человек, каких в Ваго предостаточно.
— Но твое черное пятно делает тебя отличным от них, чужеземец.
— У всех есть свои отличия.
— Я не о том, — поморщился вождь. — Мне наплевать на то, что среди людей есть светловолосые или темные, высокие или низкие, голубоглазые или вовсе слепые. Обычные люди — все, без исключения — не имеют в душе черных пятен. Таких, как у тебя.
— Что ж… Мне в принципе все равно, приставишь ты ко мне своих телохранителей или нет. Пусть только они не мешают мне говорить с оракулом.
— Это я тебе обещаю, — кивнул уг. — Пошли. Дара, можешь убирать!
Жена вождя тут же выбежала с кухни и принялась за грязную посуду.
Жнец и уг вышли из дома.
— Пусть Черныш побудет здесь, хорошо? — спросил жнец.
— Да, конечно. Ты вернешься за ним позже.
— У вас есть чем его накормить?
— Есть. Мы хоть и не держим лошадей, но все о них знаем.
— Вот и отлично.
За разговором они прошли два дома и остановились у дверей третьего. На каменных ступеньках сидели два уга — тоже худощавые, но покрепче спутника Джефри. Едва завидев вождя, оба вскочили на ноги.
— Сопроводите нашего гостя к мудрейшему, — велел глава племени.
Уги кивнули и стали по обеим сторонам от Джефри.
«Словно рядом с заключенным!» — про себя хмыкнул жнец, а вслух сказал:
— Ну что ж, ведите.
— Следуй за нами, — сказал левый, и они двинулись к черному зеву пещеры.
— Почему оракул не живет в селении? — спросил Джефри.
— В пещере он лучше чувствует горы, — ответил все тот же левый, по имени Бо. — Благодаря этому он прожил уже пять сотен лет. Мудрейший не нуждается ни в пище, ни в воде — он не испытывает ни голода, ни жажды.
— Духовная пища, да… — пробормотал жнец.
— Не задавай лишних вопросов, чужеземец. — Это опять Бо. Сказал, когда они уже стояли на пороге пещеры. — Время бесценно дорого для мудрейшего. Он не может тратить его впустую.
Жнец молча кивнул, и троица шагнула внутрь.
Пещера оракула не слишком отличалась от остальных. Разве что на стенах было гораздо больше символов из древнего, непонятного Джефри языка.
Сам оракул восседал на нескольких уложенных один поверх другого тюфяках и курил кальян. Кальяны редко встречались в Зейде; их могли позволить себе только зажиточные граждане. Поэтому так удивительно было наблюдать его в обиталище оракула.
Заслышав шаги, оракул повернул голову к гостям и сказал:
— Приветствую тебя, лишающий.
— И тебе здравствуй. — Джефри не обратил внимания на обращение колдуна.
— Вы можете идти, братья, — сказал оракул сопровождающим жнеца угам.
