— Я уеду сегодня же, — сказал Джефри и поднялся. Взгляд его вновь стал осмысленным, и теперь он с неприкрытой злобой смотрел на оракула.
— Если ты настолько равнодушен, о великий, — произнес жнец едко, — что позволяешь мне убивать, то зачем задерживаться здесь лишнюю ночь? Меня ждут дела поважней.
— Какие же? — сощурился оракул.
— Например, искать ответы на другие мои вопросы.
— О Пятерых? — хмыкнул оракул. Странно было наблюдать улыбку на этом обычно совершенно спокойном лице. — Этот ответ найти очень легко, лишающий. Просто оглядись вокруг, всмотрись в происходящее и вспомни, что их было всего пять. Трое погибли в давнем сражении с людьми. Теперь их четвертый брат тоже мертв, а с пятым ты еще увидишься. На этом все.
Джефри покачал головой, пробормотал: «Ну и ерунда!» — и направился к выходу из пещеры.
И все-таки вождь уговорил Джефри остаться на ночь.
— Куда ты отправишься ночью, чужеземец? — спросил уг, когда они со жнецом сидели на ступеньках, смотрели на небо и курили трубки.
Джефри не был любителем курения, но он не смог отказать вождю, когда тот предложил угостить его лучшим своим табаком.
— Оставайся до утра.
— Зачем? Я узнал все, что мог.
— Ты даже не представляешь на самом деле, как много ты узнал, — покачал головой вождь.
— И чем мне поможет та ерунда, которую изрек ваш мудрейший? — не выдержал жнец.
— Ты не прав, чужеземец. Мудрейший никогда не говорит попусту. Если ты что-то услышал — обдумай это. Не суди поспешно.
— Почему он не мог сказать прямо?
— Потому что грядущее поставило такие условия. Ему дано видеть будущее, но он не может рассказать все. Он может только… намекнуть, что ли… Подсказать путь.
— Но почему грядущее ставит такие рамки? Зачем?
— Кто его знает? Но он видит все, чужеземец, потому что заплатил за это. Теперь он видит только будущее. Настоящее закрыто для него. Если он откроет тебе все, он просто умрет. Он — слуга грядущего.
— Не понимаю, — покачал головой Джефри. — Если ему открылось будущее, какие могут быть запреты? Зачем он согласился быть слугой?
— Чтобы знать. Знать — важно. Тот, кто хочет получить от него совет, должен научиться понимать его слова.
— Все так сложно… Я пришел получить ответ на два моих вопроса. Но получил нечто невразумительное.
— Не все так просто, чужеземец. Тебе дали возможность подумать, а это уже повод для радости.
— Я пришел не за какими-то загадками, — поморщился жнец. — Мне были нужны конкретные ответы!
— Успокойся. Ты слишком взволнован. Выспись. Подумай. Ответ придет не сразу. Но — придет. Тогда, когда нужно. И ты еще вспомнишь оракула. И согласишься, что он был прав.
— Дай-то Кварус, — сказал Джефри, выпуская струйку плотного серого дыма. — Дай-то Кварус…
Они еще посидели около часа. Вели какие-то пустые разговоры, не касаясь больше темы оракула и его предсказаний. Каждый думал о своем.
А потом горец повел жнеца в дом и показал, где он может разместиться на ночь.
Джефри спал, словно убитый.
Этим утром на площади собрался, наверное, весь Роузен.
Еще бы! Ведь не каждый день казнят мага!
Стражники помогли шатающемуся Барри подняться на эшафот. Там уже была подготовлена одноногая подруга осужденного — виселица.
Король сидел на троне, который по случаю казни перенесли с эшафота вниз, на землю, и теперь Джуан Первый взирал на происходящее со стороны обычного роузенца.
Неспешно на постамент поднялся палач. Он был обнажен до пояса; черная маска-колпак с прорезями для глаз скрывала его лицо.
Народу незачем знать, кто он такой, этот исполнитель королевского приговора.
Им же спокойней будет спать ночами, в неведении.
Палач подошел к Барри, накинул ему петлю на шею.
— Хочешь ли ты сказать что-то, маг? — спросил король, бесстрастно наблюдающий за церемонией.
— Да, — хрипло отозвался волшебник.
— Мы слушаем тебя.
Барри хмурым взглядом обвел толпу. Некоторые под его взором ежились, вжимали голову в плечи, однако большинство взирало на мага-дезерти-ра с простотой того карпа, что достают из реки рыболовы, — глупо хлопая глазами, они пялились на чародея, ожидая лишь одного…
— Я хочу напутствовать вас, — еле выговаривая слова, начал Барри. Однако с каждым словом его речь обретала четкость и мощь: — Приготовьтесь, жители Зейда! Скоро на Роузен обрушится сила мертвых, перед которой бессильны ваши мечи, стрелы и даже заклятия магов.
— Что ты несешь? — пробормотал палач, обменявшись взглядом с Джуаном, и легонько ткнул мага кулаком в ребра. — Нечего тут разводить непонятно что!
— Я говорю правду, бестолочь! — оскорбленно воскликнул Барри. — Все полягут под ударами этого врага. Ваше Величество, не тешьте себя мыслями о возможной победе — вы в любом случае проиграете.
— Прекрати разыгрывать комедию, — поморщился король. — Что это за сила такая, которая нас всех растопчет?
— Это — лучшие темные маги, которых я когда-либо видел в жизни. Спросите у старика Эр-лендона, он подтвердит. С такой мощью кругу еще не приходилось сталкиваться. Если некроманты захотят уничтожить нашу армию…
— Хватит! — неожиданно зло рявкнул король. — Палач!
