На краю бездны полностью

– Всё в порядке, Джеки, – повторил Джулиус прекрасной китаянке. Потом, повернувшись на пятках, обратился к полицейским: – Следуйте за мной, господа.

– Кто такая Джеки? – спросил Элайджа.

Они вошли в низкую дверь и оказались на камбузе, который, по образцу других помещений, внутри был обшит акажу. Посередине стоял круглый стол из лакированного дерева. Сквозь иллюминатор Чань разглядел серый силуэт яхт-клуба, окруженный беловатыми ракушками парусов.

– Она – моя ассистентка, правая рука и любовница. – Джулиус подошел к перколятору и, повернувшись ко всем спиной, стал готовить себе кофе. – Так что за вопросы вы собирались мне задать?

– Присцилла Чжэн, Сэнди Чэн, Элейн Ло, Керри Лоу… Эти имена вам о чем-нибудь говорят? – сразу пошел в атаку Элайджа.

– И еще Кристи Сью, – добавил Чань.

Последняя из жертв была найдена обмотанной несколькими метрами колючей проволоки, как рождественская елка гирляндой. Джулиус не спеша наполнил чашку кофе.

– Конечно.

Когда он повернулся к присутствующим, вид у него был серьезный, даже торжественный, как и подобает при таких обстоятельствах.

– Они все были вашими любовницами?

– Это слишком сильно сказано. Скажем так, мы приятно проводили время вместе.

– И часто вы одерживаете любовные победы над сотрудницами «Мин инкорпорейтед»? – спросил Старик.

Глаза Джулиуса сузились.

– Я люблю устраивать праздники, и мне нравится женская компания.

– Говорили, что тем девушкам, с кем вы встречались, сильно не повезло.

На лице Джулиуса появилось непроницаемо-осторожное выражение.

– У меня в жизни было много женщин. И большинство из них пребывают в добром здравии.

– Все оказались подсаженными на наркотики, – заметил Элайджа.

Чань уловил пробежавшую в глазах сына Мина искру.

– Что вы хотите этим сказать?

– В желудках, волосах и крови всех жертв было найдено много различных наркотических веществ. Кроме того, есть видео, где отчетливо видно, как вы что-то даете Керри Лоу в тот вечер, когда она покончила с собой. И это вещество мало походило на аспирин.

Джулиус оглядел обоих по очереди. Над его левым соском Чань увидел татуировку: большую красную розу, из-под шипа у которой выкатывается капля крови.

– Да, в тот вечер я дал ей наркотик.

У Чаня брови поползли вверх.

– Наркотик?

– Легальный.

– Какой именно?

– 5F-AKB-48, 4-MMC, 3FPM, 2Cx…

Результаты химических изысканий, legal highs, легальные средства, вызывающие эйфорию. Эти синтетические снадобья уже несколько лет имеют обращение в Интернете, а главный их производитель – Китай. Они не подпадают под статью закона, но имеют молекулярную структуру и действие, очень близкие к тяжелым наркотикам, таким как ЛСД, кокаин, экстази, мескалин… Чтобы заказать и получить их по почте, достаточно нескольких кликов. Многими из этих наркотиков пользуются как «эликсирами радости» – и в Гонконге, и в Азии, и в Европе. Кроме того, множество геев, из тех, кто является адептами «химического секса», пользуются ими ради сильных ощущений, бесконечных и суперинтенсивных поцелуев, ради чудовищной, непобедимой эрекции и оргазма в 10 баллов, настоящей мечты всех парней… Чань увидел, как туман начал вылизывать иллюминаторы, оставляя на стеклах маленькие капельки, похожие на капли пота. И спросил себя, уж не таким ли фантазиям предается «Черный князь боли». Он внимательно посмотрел на Джулиуса. Видимо, тот почувствовал, что на него смотрят, потому что резко, с явным вызовом повернул голову к Чаню. Все трое молчали. Было слышно только, как волны, раскачивая корпус джонки, плещутся об обшивку. Вдруг прозвучал мощный хлопок, от которого задребезжали стекла. Настоящий пушечный выстрел. «Полуденная пушка», – подумал Чань. Ее еще называют «Полуденным пистолетом»: артиллерийское орудие, морская пушка Гочкиса, похожая на гигантское ружье, стоит возле самого моря на расстоянии брошенного камня от джонки. Она стреляет каждый день ровно в полдень, в основном для туристов.

Джулиус улыбнулся.

– О, чертяка Полуденный Пистолет! А знаете, для каких целей англичане его использовали? Чтобы объявить, что с Мальвы или из Калькутты в порт Гонконга пришел груз опиума. Того самого опиума, который произвели в Индии для финансирования британских гарнизонов и который потом англичане продавали, а китайцы потребляли.

На его губах появилась кривая усмешка.

– Этот город вырос на наркотиках. При попустительстве и сообщничестве банка «Эйч-эс-би-си»[50] англичане стали самыми крупными наркодельцами в истории. Когда же Китай решил положить конец наркотрафику и сжег всю привезенную продукцию, которая отравляла мозги тысяч китайцев, Британская империя объявила ему войну. Повторные угрозы прозвучали со стороны Франции и России. В результате Китаю пришлось уступить и открыть свои порты для наркотрафика, который стал процветать на его территории, да еще к тому же и против воли торговать со своими врагами.

Губы его растянулись еще больше. «Какой чувственный рот, созданный, чтобы целовать… или кусать», – подумал Чань.