— Знаешь, чем бы всё это кончилось? А я тебе расскажу. Допустим, ты хороший боец и сможешь перебить хотя бы половину из бойцов моей гвардии, лучших бойцов этой крепости, хочу заметить. Но вторая половина прикончит тебя, и это в лучшем для тебя случае. Потом явится Пабло, в гневе перебьёт всех этих бравых мужей, их семьи останутся без кормильцев. Пабло любит меня, по-настоящему любит, так что мне ничего не угрожает. Таким образом, твой необдуманный поступок ставит под удар тебя и моих воинов, но никак не приближает к поставленной тобой цели.
Юлиана встала и грациозно прошлась к большому витражному окну, с правой стороны от её трона. Она молча смотрела куда-то вдаль, думая свои мысли, а Иллейв не знала, что делать дальше. Глупость своего поступка она и сама понимала — глупость и бесполезность. Он ни к чему не вёл, и как ни горько было соглашаться с Юлианной, но она была права.
— Значит, вот как мы поступим, — также смотря в окно, произнесла женщина. — Ты обещаешь здесь не шалить, а я выделю тебе комнату. Поживёшь у меня, пока Пабло не явится.
Илиейв много что хотела сказать. Внутри прямо кипело от той бури эмоций, что царила внутри, но она промолчала.
Грациозно вернув меч в ножны, она ещё раз бросила взгляд на баронессу, после чего поспешила удалиться. Иллейв не знала, что делать дальше. Чувство обиды и проигрыша не давали покоя. Будь её воля и голова баронессы тут же слетела с плеч, но она трезво оценивала свои силы и понимала, что всё чего добьётся — это сама лишится жизни. Требовалось придумать новый подход, но какой?
Стоя под открытым небом, недалеко от замка, Иллейв пыталась решить задачку, подкинутую ей судьбой.
Заглянув в висящий на поясе кошель, оставалось только горестно вздохнуть. Тридцать медяков — это всё, что у неё осталось. На это даже жильё не снимешь.
В любом случае стоять не было смысла. Первым делом она решила прогуляться по крепости и осмотреть всё внимательнее.
Полуденное солнце слегка пробивалось сквозь серое небо. Народу было мало. Несколько туристов оглядывали огромный череп падшего дракона. Подойдя ближе, Эллейв не могла не вздрогнуть от величания и мощи существа, жившего когда-то.
«Дракон, что был рождён разрушить эту крепость, был сражён под её стенами. Слава великому герою и защитнику, Пабло Тарленгтону» — были высечены слова на табличке, приделанной к каменному постаменту, на котором и лежал данный череп.
— Поразительно, — произнесла дама в широкополой шляпе. — Как бы я хотела познакомиться с этим героем поближе.
Она звонко хихикнула, заставляя Иллейв испытывать неприязнь.
Мужчина, стоявший рядом, по всей видимости супруг, был явно недоволен таким положением дел. Между ними состоялся оживлённый разговор, но мечница его уже не слышала, удалившись в одну из улочек крепости.
Ей хватило всего часа, чтобы обойти здесь всё, и вот она на прежнем месте. Вся жизнь в крепости сосредоточилась непосредственно у самого замка, хотя роскошью тут и не пахло. По центру стоял сам замок, напротив него, на определённом удалении, расположилась таверна, справа от таверны — оружейная, а вот слева — алхимическая лавка. Вот, в принципе, и всё.
Иллейв какое-то время стояла напротив двухэтажного здания, обдумывая дальнейшие планы и, не найдя другого выхода, всё же решила зайти внутрь таверны.
Неделя пролетела незаметно. Иллейв, недолго думая, попыталась устроиться в таверну, где и работала по сей день. Караванов, движущихся в обратном направлении из крепости, пока не намечалось, да и куда было идти? В столицу отправляться не было смысла, как, собственно, и в Сахалем.
Сейчас Иллейв понимала глупость своего порыва. Она действовала на эмоциях, рванув в столицу, а после — к баронессе. Оставайся она в Сахалеме, то Пабло обязательно бы вернулся, а теперь кто знает? Может, он уже был в городе и теперь думает, куда запропастилась жёнушка, а может, всё бродит по просторам империи, выполняя свои чёртовы контракты. В любом случае, самое разумное — это оставаться здесь и ждать. Почему-то девушка была уверена: рано или поздно он окажется тут.
— Так мне подадут эль? — раздался голос у стойки, вырвав Иллейв из задумчивости. Была поздняя ночь, и таверна, как обычно, была полна посетителей.
Иллейв перевела растерянный взгляд своих зеленых глаз на широкоплечего человека в доспехах стражника. Он улыбался, задумчиво глядя на нее.
— Простите, конечно… — девушка схватила деревянную кружку и наклонилась к пузатому бочонку за стойкой. Кран открылся легко, и белая струя наполнила стакан доверху. Образовавшаяся пена перелилась через край и потекла по ее изящным пальчикам.
Вокруг разносился веселый гул, барды развлекали посетителей, а люди, сидя за столиками, оживленно беседовали в теплой атмосфере, создаваемой яркими масляными лампами.
— Я что-то не помню тебя здесь раньше. Ты жена или родственница кого-то?
Вопрос стражника был уместен, учитывая небольшой размер крепости. Только обслуживающий персонал крепости, слуги и воины могли здесь находиться, а также, конечно, их родственники.
