В руке Пабло тут же появился жезл, который выпустил, невероятный по мощи, гудящий огненный шар. Тот врезался в основание блокирующего артефакта, сжигая крепления и заставляя его рухнуть на палубу, а потом и вовсе скатиться за борт.
Тут же сила вышла из Пабло бурлящим океаном, захлестнув всё вокруг. Она огибала союзников, но была беспощадна к врагам. Телекинез пронёсся по всей палубе, перемалывая в труху попадавшиеся на пути ящики, бортики, деревянные конструкции. Ужасный скрежет и грохот наполнили всё вокруг. Но этот скрежет мерк по сравнению с криками боли и ужаса.
Пираты словно попали в безумную мясорубку, их подхватывало, скручивало и перемалывало в искорёженные груды мяса. Сложно представить более кровавое зрелище. Алая жидкость бурными потоками текла по дереву палубы: она покрыла собой всё вокруг, даже паруса и ограждения.
На мгновение всё затихло.
Ветер шумно трепал паруса, израненные матросы издавали болезненные стоны. И шаги — хлюпающие в море крови, оглушающие и громкие в этой атмосфере.
— Великое небо… — прошептал матрос, вновь подойдя к Пабло, с ужасом в глазах оглядывая всё вокруг.
— Пабло, а вот и главный! — раздался звонкий голос Иллейв, и Пабло оглянулся. Она быстрыми шагами подбежала к нему, а позади шёл Роб, волокущий за собой покрытое гематомами тело.
— Этот пытался запереться в капитанской каюте — пробасил Роб и швырнул к ногам Пабло тело Червонца. Тот проскользил по кровавой палубе и уткнулся в подошву ног наёмника.
— Пощадите! — трясясь, взмолился Червонец. По нему было видно, что он очень сильно напуган. Как только Главный пират увидел тот ужас, что творится с его подопечными, как их словно пережёвывает невидимая сила, а они только и могут, что орать, Червонец рванул в свою каюту, надеясь связаться с Лихим Джеком, ведь тот был его последней надеждой. Но каменный человек выбил дверь и, отобрав связующий камень, приволок его сюда.
— У него должен быть связующий камень — зло произнёс матрос, смотря на бледного Червонца.
— Вот эту хрень он держал в руках — Роб небрежно бросил камень в сторону Пабло.
— Интересная вещица — хрустальный шар, изменив направление, сам прыгнул в ладонь наёмника. Пабло задумчиво покрутил его в руках, пытаясь понять, как тот работает.
— Тем не менее, бесполезная. Такие камни настраиваются на определённого адресата. Вероятнее всего, этот звонит на связующий камень Лихого Джека — снова подал голос матрос.
— Как с него позвонить? — спросил Пабло, посмотрев на Червонца. Который даже сжался под этим взглядом.
— Нужно приложить ладонь к поверхности и произнести «связь».
Поверхность связующего шара была гладкой и приятной на ощупь. Пабло приложил ладонь в перчатке к этой поверхности, произнося «связь». Артефакт чуть задрожал и загорелся тусклым золотым светом. Спустя пару минут свет стал зелёным, и из камня послышался весёлый голос.
— Червонец, ну что, чем порадуешь? Много у них на корабле добра-то было?
— Червонец сейчас не доступен — Пабло дал сигнал глазами Иллейв, и она одним движением вонзила меч Червонцу в сердце, нанеся удар сверху вниз, пройдя через ключицу.
— С кем я говорю? — голос Джека стал настороженным; он понял, что что-то пошло не так.
— Наёмник золотого ранга, Пабло Тарлингтон. К сожалению, ваш подчинённый напал не на тот корабль; пришлось всех убить.
Пабло сказал это таким простым и будничным тоном, будто сообщил о намерении выпить чаю.
— Ясно. Я запомню это имя; однажды сочтёмся, не сомневайся, наёмник — так же спокойно ответил Лихой Джек, и связь прервалась. Камень стал вновь серым и безжизненным.
Тем временем имперский парусник уже пристыковывался к захваченному кораблю, и люди, гомоня, активно перебрались на эту сторону.
— Пойдёмте посмотрим, чем богато это судно. Нужно забрать что повкуснее, пока другие не растащили — улыбнувшись, обратился Пабло к своим.
— Надеюсь, тут есть запасы рома. Нам точно нужно взять пару бочонков с собой —довольно пробасил Роб, вызывая у Пабло весёлую улыбку.
Обшаривая содержимое трюмов, мы выносили всё самое ценное. К сожалению, пираты ограбили, судя по всему, судно какого-то торговца одеждой. Все трюмы ломились от запасов мужских сюртуков, женских платьев и другого тряпья. Тут была одежда на любой вкус, будь покупатель богачом или самым бедным из бедняков. Разумеется, на одежду для последней категории людей мы даже не смотрели.
Отдельными сундуками, в несколько рядов, стояли запасы красивейших, дорогих одежд, по большей части женских платьев. Иллейв оживлённо осматривала каждое из них, требовательно говоря забрать всё содержимое. В результате я всё же выделил место в артефакте под два дорогих сундука, установив их рядом с сундуком, наполовину наполненным мешочками с золотыми монетами.
