Получившие свободу от давящего на них телекинеза два орка рванули вперёд, но один из них был остановлен резко выстрельнувшими из земли канатами Плюща, оплетающими ноги твари, падающей и пропахивающей землю мерзкой рожей.
Но вот второй из них стремительным рывком оказался напротив меня, без затей ударяя мощным топором в моё тело.
Попадать под этот удар мне как-то сразу не захотелось, так что, ускоряя себя телекинезом, я резко ушёл вниз, стремительно проносясь под рукой противника.
— Пабло! — услышал я натужный крик Плюща и обернулся.
Споткнувшийся орк так и не сумел подняться; его тело опутали сотни стеблей, стремительно расцветавших фиолетовыми бутонами и распыляющими всё новые и новые семена по округе. Сейчас тело орка с трудом можно было разглядеть сквозь плотный кокон, но то, как вздувались растения каждую секунду, лопаясь и разбрызгивая яркий зелёный сок по округе, внушало уважение к мощи противника. Лицо Плюща исказилось в невероятном напряжении; кольцо привычно горело алым светом, активно снабжая пользователя энергией.
Я только закончил пролетать под рукой орка, тут же нащупал телекинезом копьё, всё ещё торчащее из головы опутанного зеленью орка, и, выдернув его, направил в сторону брыкающегося зеленокожего. Разрывая воздух, оно со свистом влетело в висок твари, трепыхающейся где-то в глубине плотного кокона, и тварь, обмякнув, затихла.
Но я не собирался расслабляться, помня, что где-то у меня за спиной сейчас пролетел мимо здоровяк, и, напрягая всё тело, крутанул себя телекинезом, разворачиваясь. Немного не успел: орк, обладая огромной скоростью, уже развернулся и, в момент, когда я только оборачивался, уже наносил удар.
Перед лицом возник щит из телекинеза, обильно напитываемый энергией из амулета, но и этого не хватило. Удар топора разрушил защиту, теряя значительную часть мощи, но всё равно пройдя дальше и врезавшись в посивную броню. Та, не выдержав, исчезла, и топор, перерубая кожаные вставки чёрной брони, вонзился где-то в районе ключицы.
Тело пронзила боль, а правая рука повисла плетью. Скрежеща зубами, я сорвал себя телекинезом с копья, отлетая на десяток метров назад — к Плющу и, не удержавшись на ногах, прокатился по грубой почве.
Подо мной всё мгновенно окрасилось лужей крови. Острая, резкая боль сковывала всё тело, из глаз брызнули непроизвольные слёзы, а я сжал зубы, стараясь вытерпеть эту вспышку боли.
Почуяв запах такой вкусной крови и охваченный азартом боя, орк, не раздумывая, рванул вперёд. Навстречу ему метнулось копьё, но было отбито далеко в сторону. Плющ среагировал мгновенно, опутывая противника стремительно разрастающимся плющом.
— Рраа! — со звериной яростью взревел орк, недовольный спутывающими его растениями.
— Я его долго не удержу! — крикнул мне Плющ.
— Скорее, я больше не могу! — тут же раздался в стороне отчаянный крик Вержиньи, которая продолжала удерживать мини-бурю напротив двух орков, неумолимо приближавшихся ко второму отряду.
— Долбанное небо, — проскрежетал я зубами, доставая из инвентаря большое зелье исцеления. Сейчас было не до экономии; хоть тут бы и справилось среднее, но нужно было в кратчайшие сроки встать на ноги.
Залпом осушив флакон и отбросив его в сторону, я почувствовал, как мышцы, кожа и кости мгновенно срастаются, а в голове появляется ясность. Раскинув волны силы, нащупал улетевшее далеко копьё и, призвав обратно, вогнал его в затылок твари, пробивая голову насквозь и ловя его в свою руку.
Плющ, тяжело дыша, подбежал к одному из своих растений, протянув руку к бутону, заставил его стремительно высохнуть и извлёк из него горсть сухих семян. Пошатываясь, он ринулся к Вержиньи и двум оркам, практически добравшимся до неё. Размахнувшись, он бросил эту горсть недалеко от бури, боясь, что семена разметает по округе, и крикнул:
— Вержинья, отпускай!
Ветер тут же затих, а девушка осела на землю — сил, чтобы стоять на ногах, совсем не осталось. Я смотрел, как на её шее рассыпался амулет, полностью выгоревший от передаваемой энергии.
Орки, стремительно рванувшие вперёд, тут же остановились, опутываемые растениями. Но было понятно, что счёт идёт на секунды. Плющ с трудом сдерживал одного зеленокожего, а тут их было сразу двое. На помощь ему пришёл Роб, навалившись сверху на гиганта, сдерживая его резкие движения. Тут же получая болезненные тычки локтями и головой, отчего его кожа трескалась и разлеталась камнем во все стороны, но Роб не переставал наращивать новые слои камня под предыдущими, отчего сейчас был покрыт колдобинами и выбоинами, тем не менее оставаясь в относительной безопасности.
Копьё рвануло вперёд, дырявя черепушку удерживаемого им орка; тот обмяк, перестав трепыхаться.
В этот момент кольцо Плюща погасло, немного поплыв от перенесённого перегрева, и тот, скривившись, сорвал его, отбрасывая в сторону. Натянутые лианы лопнули, и орк рванул вперёд, напрыгивая на шатающегося в истощении командира.
