В день полнолуния молодежь селения собиралась для танцев на большой поляне священной рощи.
Пандион в задумчивости сидел на маленьком дворике у дома Агенора, угнетенный тоской. Завтра совершится неизбежное – он оторвет от сердца все любимое и родное ему и предстанет перед неизвестной судьбой. Тоска разлуки, жалость к покинутой возлюбленной, неверное будущее –
вот ядовитая чаша его пути, одиноких исканий.
В темном и молчаливом доме Тесса шелестела одеждами, потом появилась в черном отверстии двери, оправляя
120 Область в восточной части Греции.
складки наброшенного на плечи покрывала. Девушка негромко окликнула Пандиона, который мгновенно вскочил и устремился ей навстречу. Черные волосы Тессы были закручены на затылке в тяжелый узел и обрамлены по темени тремя лентами, сходившимися вместе под узлом.
– Ты причесалась сегодня, как аттическая девушка! –
воскликнул Пандион. – Это красиво!
Тесса, улыбнувшись, грустно спросила:
– Ты разве не пойдешь танцевать в последний раз, Пандион?
– А разве ты хочешь пойти?
– Да, я буду танцевать для Афродиты, – твердо промолвила Тесса. – И еще журавля.
– Танцевать журавля, этот аттический танец! Для него ты так и причесана. У нас его, кажется, ни разу не танцевали.
– А сегодня будут все – для тебя, Пандион!
– Почему для меня? – удивился юноша.
– Разве ты забыл – журавля в Аттике танцуют в память,
– голос Тессы задрожал, – счастливого возвращения Тезея121 с Крита и в честь его победы… Пойдем, милый! –
Тесса протянула обе руки Пандиону, и, прижавшись друг к другу, молодые люди вошли под деревья на краю селения.
…Море шумело навстречу, зовуще раскрывало свою беспредельную ширину. В ранних солнечных лучах морская даль вздымалась, подобно выпуклой поверхности
121 Тезей – герой эллинских мифов, отправившийся на Крит и там победивший в подземельях лабиринта чудовище Минотавра. Ежегодно красивейшие девушки и юноши обрекались в жертву чудовищу. Тезей избавил родную Аттику от кровавой дани царю
Крита.
исполинского моста. Да и в самом деле, море было мостом к далеким странам, мостом, соединяющим народы.
Медленные волны, розовея с зарей, несли издалека, может быть, от самого сказочного Айгюптоса, клочья золотистой пены. И солнечные лучи плясали, дробясь и качаясь, на неустанной, вечно подвижной воде, пронизывая воздух слабым мерцающим сиянием.
За холмом скрылась тропинка, с которой еще были видны селение и семья Агенора, посылавшая последние приветы.
Прибрежная равнина была пустынна. Пандион остался наедине с Тессой перед морем и небом. Впереди, на песке, чернела маленькая лодка, на которой Пандион должен был обогнуть мыс при устье Ахелоя и переплыть Калидонский залив.
Девушка и юноша шли молча. Их медленные шаги были неверны: Тесса в упор смотрела на Пандиона, и он не мог отвести взгляд от лица любимой.
Скоро, слишком скоро они подошли к лодке. Пандион выпрямился, в глубоком вздохе расправил стесненную грудь. Настал момент, ожидание которого дни и ночи угнетало Пандиона. Так много нужно было сказать Тессе в эти последние минуты, но не было слов.
Пандион смущенно стоял, в голове мелькали обрывки мыслей, непоследовательные и бессвязные.
Вдруг Тесса внезапным движением крепко обняла
Пандиона за шею и, точно боясь, что их могут подслушать, торопливо и прерывисто зашептала:
– Поклянись мне, Пандион, поклянись Гиперионом…
страшной Гекатой122… Нет, лучше своей и моей любовью, что ты не поедешь дальше Крита, туда, в далекий Айгюптос… где тебя превратят в раба и ты исчезнешь из моей жизни… Поклянись, что вернешься скоро… – Шепот
Тессы прервался сдавленным рыданием.
Пандион прижал девушку к себе и произнес клятву, а в это время перед его мысленным взором пронеслись морские дали, утесы, рощи и развалины неведомых селений –
все то, что сейчас отделит его от Тессы на шесть долгих месяцев – месяцев, в которые он не будет знать ничего о любимой и она о нем.
Пандион закрыл глаза, чувствуя, как бьется сердце
Тессы.
Минуты шли, неизбежность разлуки надвигалась, ожидание становилось невыносимым.
– В путь, Пандион, скорее… Прощай… – прошептала девушка.
Пандион вздрогнул, отпустил Тессу и быстро подошел к лодке.
Поддаваясь сильным рукам, лодка медленно сдвинулась, днище зашуршало по песку. Пандион вошел до колен в холодную плещущую воду и обернулся. Борт подбрасываемой на волнах лодки слегка ударял его по ноге.
Тесса, неподвижная, как статуя, стояла, устремив взгляд на мыс, за которым должна была сейчас скрыться лодка Пандиона.
В душе юноши что-то надломилось. Он сорвал лодку с отмели, прыгнул в нее и взялся за весла. Тесса резко по-
122 Геката (далеко разящая) – богиня луны и колдовства у эллинов.
вернула голову, и порыв западного ветра подхватил ее распущенные в знак печали волосы.
Лодка быстро отплыла, повинуясь сильным ударам весел, а он, не отрываясь, смотрел на застывшую девушку.
Ее лицо было высоко поднято прямо над обнаженным плечом.
Ветер закрыл лицо Тессы ее черными волосами, и девушка не пыталась поправить их. Сквозь волосы Пандиону видны были блестящие глаза, вздрагивающие ноздри прямого маленького носа и яркие полураскрытые губы. А
