— Нет! — прорычал Джефери и злобно уставился на Майкла, но тот не обратил на него никакого внимания.
Майкл с ужасом рассматривал свои руки, и ненавистно к самому себе вытирал с них кровь.
Он повернулся ко мне лицом и недоверчиво взглянул в глаза.
Не знаю, что он в них увидел, но явно не радость.
В его изумрудных глазах промелькнула смертная тоска и неимоверная боль, смешанная с горечью.
Он медленно подходил ко мне в надежде найти поддержки, и я хотела тоже ринуться к нему и прижать поближе к себе прошептав, что всё кончено, и мы можем идти домой, но вдруг внезапное движение заставило меня отвлечься и посмотреть за спину Майклу.
Ничего там не увидев, я вновь спокойно вздохнула, но вдруг, когда Майкл сделал ещё шаг ко мне, я увидела прямо за ним разъяренную Лейлу. В её глазах горел пламень и чувство удовлетворенности, ведь она обвела его вокруг пальца.
— Майкл! Сзади! — истерично вскрикнула я, но было поздно.
Лейла с молниеносной скоростью вонзила в его шею свои острые зубы, и по его плечу рекой полилась алая кровь.
— Нет! — с яростью крикнула я и резко встав, побежала к нему.
Все на поляне испуганно смотрели на Лейлу и Роберт, как и я, побежал вперёд, но мы опоздали.
Майкл не мог сопротивляться, и Лейла резко оторвалась от его шеи и гордо открыла свои черные и мертвые глаза.
По моему лицу покатились слезы, я нервно вытирала их рукой, но они все вновь и вновь мочили мою физиономию.
Неожиданно Майкл схвати Лейлу за плечи, и перекинул через себя.
Я ошарашено остановилась, вглядываясь в своего спасителя, но Майкл не мог долго стоять на ногах, и неуклюже пошатнулся, едва не потеряв равновесие.
Лейла недовольно прорычала и опять, словно тигр накинулась на Майкла, но внезапно она не рассчитала силу и они с Майклом, перекинулись друг через друга и оказались на самом краю обрыва.
Роберт, что есть сил, бежал к своему брату, но вдруг Лейла схватилась за него своими сильными пальцами и перекинула через себя, прямо в обрыв.
— НЕТ! — истерично закричала я и побежала к ним, падая, поскальзываясь на мокрой траве.
Внезапно Майкл схватился рукой за Лейлу и потащил за собой.
Она судорожно вцепилась в траву, но тоненькие листики рвались в её сильных пальцах, и она всё ниже опускалась, оставляя на земле следы когтей.
Роберт, наконец, подбежал к ним, и схватил Лейлу за руки, вытаскивая на землю, но та вырывалась изо всех сил
— Отпусти меня! Я и без твоей помощи справлюсь! — злобно прорычала она, царапая бледную кожу Роберта.
— Не глупи! — разъяренно выкрикнула он, — вы сейчас упадете! Дай мне руку!
— Отвали! — видно гордость стоит у неё на первом месте, и, не слушая Роберта, она всё ниже опускалась пока и вовсе не отпустила тот кусочек земли, который помогал остаться ей на поверхности.
Майкл и Лейла с оглушительным звуком упали в реку, и их молниеносно снесло диким потом темных бушующих волн.
— НЕТ! — закричала я, упав на колени возле обрыва. — Майкл!
Роберт подхватил меня и отнес подальше, а я безуспешно вырывалась у него из рук, пытаясь докричаться до Майкла.
— МАЙКЛ! НЕТ!
Все вокруг замерли. Мертвая тишина пугала, только мой душераздирающий крик не прекращался.
Ещё минут пять я рвала горло, и истерично била руками по мокрой земле, но потом на смену истерики пришло другое чувство.
Я словно отключилась, в голове что — то щелкнуло, и я замолкла.
Ветер теребил мои волосы, и они нелепо прилипали к мокрому лицу, а руки до сих пор дрожали, измазанные в крови подруги.
Джефери и Джек словно растворились в темноте, и когда я опомнилась, на поляне было только пять человек: я, Роберт, Браин, Бенжамин и Мишель.
Они испуганно смотрели на меня и звали по имени, но я не слышала их голосов. Всё смешалось, моя жизнь перестала иметь всякий смысл…
Схватившись руками за голову, я нервно сжала в кулаки клочья своих рыжих волос, и вновь начала плакать, только тихо, и спокойно.
Моё тело обессилено упало на землю, и я, согнувшись в клубок, дрожала от холода и страха.
Только вот страх был не от оборотней оставшихся в живых, а от боязни жить с мыслью, что человек, которого я любила, умер у меня на глазах, и я не смогла ничем ему помочь…
Ночь окутывала поляну, и когда ко мне решились подойти остальные, мы уже находились во мраке ночи.
Темнота поглощала всё вокруг, и в голове промелькнула мысль:
«Лучше бы я умерла»
Как я оказалась в своей комнате, я не знала. Меня будто поставили перед фактом. Глаза распахнулись и вместо мокрой земли, мягкая теплая кровать. Может кого — то это бы успокоило, но не меня.
Очевидно, я просто забыла, как пришла домой, ведь подушка, на которой лежала моя голова, была полностью мокрой и вдавленной, значит, ночью у меня было более интересное занятие, чем сон.
Голова раскалывалась и, неуклюже обхватив её своими безжизненными руками, я попыталась надавить на виски.
Перевернувшись на живот, я уткнулась носом в подушку и по моим щекам вновь невольно покатились слезы.
Я совершенно не хотела плакать, у меня уже на это не было сил, но слезы сами собой лились и мочили уже и так мокрое постельное белье.
