Члены Отряда похватали своё оружие и встали у костра в ровный кружок, готовясь отразить возможное нападение. Но его не последовало… Ожидание продолжалось ещё около минуты, но всё по-прежнему оставалось спокойно, и лишь только всё тот же треск вперемешку с хрустом нарушали нелепую тишину, воцарившую в лагере.
— Вот чёрт, — наконец произнёс Грини, опуская оружие, — Ребята, подумайте сами. Мы стоим на люке, ведущем в хорошо укреплённый бункер, а этот взгорок его чётко обтекает. Никакая тварь не способна пробить это укрепление, даже землерой. Так что, о каком подземном нападении может идти речь?
Все остальные войны, переглянувшись, тоже сложили стволы.
— Тогда что же? — недоумевал Рик.
— Эй, парни, подойдите-ка сюда, — неожиданно позвал Мороз.
Он стоял на краю взгорка, вглядываясь куда-то вниз. Все остальные, откликнувшись на зов, застыли в паре шагов от него.
— Смотрите. Вы видите это?
— А то нет, — хмыкнул Грини, — Мистика какая-то…
Поляна возле подножья холма была заполнена кислотниками. И эти твари не просто стояли. Они, с противным треском разрывая травяной покров, вырывались из-под земли и уходили в сторону ближайших лесов, лишь тусклой линией прорисовываясь на горизонте. И сколько же здесь было монстров? Не менее сорока уже копошились на поверхности, и некоторые ещё продолжали прорываться.
— Но это же…
— Кребены?
— Да, — недоумённо произнёс Дэвид, — И они не должны ползать под землёй. Это землерои и геосы предпочитают жить в недрах. А эти… Они типичные обитатели поверхности. И я никогда не видел, чтобы они вели себя как сейчас.
— А может, они просто ночуют в норах? — предположил Джон.
— Ага. И на зиму в спячку впадают, — огрызнулся Грини, — Нет, тут что-то другое…
— Да какая разница? — наконец не выдержал Мороз, — Главное, они нас не видят. Подойдём незаметненько сзади и вдарим со спины. Уничтожим их до последнего, и можно спать спокойно.
— А ты не заметил, что их как-то многовато? — напомнил Джон.
— И что? Ну, полтинник, подумаешь. Рик и Палач вдвоём справились с равным количеством на тренировке. А нас тут вон сколько.
— Да, но не забывай. Там были искусственно выведенные твари без кислотных желёз. А эти — настоящие кислотники. Ну, убьём мы десятка два. А остальные нас просто заплюют кислотой. Тебе нравится такая перспектива? — поинтересовался Грини.
— Да брось ты. На нашей стороне внезапность, значит — у нас преимущество.
— Ты хотел сказать, наша смерть будет внезапной?
— Ха-ха. Не подскажешь, когда смеяться?.. Драк, а ты что молчишь? Ты же воин, так скажи, ты со мной согласен?
— Мне всё равно: драться — так драться, нет — так нет. Как командир решит, так и будет.
— А и правда. Рик, ты что скажешь?
Баярд несколько секунд помолчал, обдумывая ответ.
— Ты это правильно заметил, — наконец сказал он, — Они нас не видят. Вот этим и воспользуемся и не будем никуда лезть. Заметят, так попытаемся отбить атаку, нет — значит пронесло. И никаких вылазок на ночь глядя. У нас с этими тварями разные пути. Они идут на северо-запад, а нам нужно на юго-восток. Так что чего ворошить пчелиный улей? Лучше обойтись без лишних битв. Сейчас у нас другая миссия, и главное для нас — выполнить её. А уж потом видно будет. Может, и с ними разделаемся. Пока что же — нет.
Надеюсь всем понятно? Второй раз повторять не надо?
Мороз недовольно хмыкнул, но всё же промолчал.
— Нет? Вот и ладно. А сейчас, если все уже поели, ложимся спать. Двое, как всегда, на дежурстве. Смена через два часа. Всем спокойной ночи, — и он направился к костру.
Все остальные — кто с некоторым облегчением на лице, а кто, наоборот, с выражением недовольства, — пошли следом.
Потеря надежды на жизнь ещё не повод для суицида.
На следующий день Рик проснулся, когда утро уже чётко дало о себе знать. Вся округа была наполнена светом. Травы благоухали, поблёскивая каплями уже исчезающей росы. Кое-где даже распустились цветочки. Тёплые лучи взошедшего солнца нежно припекали, погружая в приятную негу. Как бы сейчас хотелось вздремнуть ещё часок-другой.
Но всё же, не поддавшись соблазну, Рик встал, потянулся и, взяв свою флягу, направился к ближайшим кустам, чтобы умыться. Испив несколько глотков, он полил себе на руки и тщательно протёр ими лицо, чтобы смыть остатки сна, после чего лёгким щелчком стряхнул влагу с пальцев и подставился под лучи ласкового солнца.
И тут его взгляд поймал силуэт Дэвида, копошащегося на поляне, где вчера из-под земли выползали монстры. Тот с каким-то прибором в руках ходил от одной ямы к другой и, явно что-то вычисляя, делал разные пометки в своём блокнотике.
Одобрительно хмыкнув на такое трудолюбие парня, Рик, закрыв, сунул флягу за пояс и принялся спускаться вниз, чтобы разузнать, что же тот всё-таки делает?
— Доброе утро, Грини. Чем занимаешься?
— А, привет. Да вот, вчерашние кребены никак не вылезали у меня из головы, поэтому я решил провести некоторые исследования. И, как мне кажется, я нашёл причину данного феномена.
— В самом деле?
