Едва начался третий месяц жизни малыша. На следующей неделе мне был назначен приём к доктору. Пришло время становиться на учёт. Иногда по ночам, я просыпалась в тишине дома Саталова и тихо разговаривала с будущим ребёнком. В этом безумном мире, он казался чудом, которое я не заслужила. Чудом было ещё и то, что я, несмотря на все свои злоключения и мытарства, не потеряла ребёнка. Эту мысль я старательно гнала от себя. Пусть мамой я стану ещё не скоро, но буду ею. Я не мечтала об этом. Мне хотелось учиться, получить профессию, встретить правильного парня.
Встретила.
Я усмехнулась, мысленно нарисовав картину представления Игоря своим родителям. "Познакомьтесь, это Игорь, он зовёт меня Лучик, обвиняет в меркантильности, очень наглый и шикарно целуется. И он сделал меня беременной".
Он смог бы очаровать маму. Своей фирменной улыбкой — наверняка. Папа бы оценил открытость и прямоту Булатного. Игорь ведь не из тех, кто откажется от ответственности. И не отвернётся от меня. То, как он произносил придуманное им же самим для меня ласковое прозвище. Это не было фальшивым. Ну, зачем бы ему терпеть мои оскорбления, защищать от мужа и каждый раз при встрече заниматься со мной любовью? Немного жёстче, чем я представляла, совсем без ласк и прелюдий, но оттого не менее захватывающе. И мне очень хотелось выяснить, чем ещё Игорь может меня удивить. Не только в постели.
С этими мыслями я заснула. Мне снился Булатный. Он стоял в дверном проёме и пристально смотрел на меня. Как бы упорно я не пыталась подняться, что-то не позволяло мне пошевелиться и позвать его.
Несколько раз я просыпалась с замершим на губах криком. За дверью слышались шаги, но Лариса не звала меня и не пыталась войти. Умная тварь. Понимала, что решись я сбежать, то использовала возможность ночью, когда в квартире кроме нас никого нет.
Рассвет я встретила, накрывшись одеялом с головой и очень надеясь, что хозяйка квартиры тоже не выспалась. Мешки под её глазами подняли бы мне настроение.
Когда дверь открылась, я уже сидела на заправленной кровати, с уложенными волосами и облаченная в очередное неудобное платье, приготовленное для меня Ларисой. Хозяйка дома явно не ожидала, что я уже буду готова и даже замерла в дверном проёме, придирчиво разглядывая меня.
— Как сегодня тебе спалось?
— Мучали кошмары, — не стала лукавить я.
— Это из-за того, детка, что твоя совесть не чиста.
Скорбно склонив голову, я добилась удовлетворения этой ведьмы. Нет, её просто нужно чем-нибудь хорошенько приложить по затылку. Может, мозги на место встанут. Ну, этим можно заняться позже. Основная моя проблема стояла в коридоре. Рассеянно кивнув охраннику, я сосредоточила своё внимание на Ларисе.
У меня был план. Он включал в себя пролитый чай, спички и телефон. Телефон Ромы был именно тем, который мне бы подошёл. Последняя модель с возможностью определить местоположение абонента — идеальный инструмент для моего спасения.
Под присмотром охранника мы направились в гостиную. Завтрак состоял из омерзительной каши из бурого риса. Наверное, у Ларисы были проблемы с кишечником, решила я.
— У меня были запоры, — не стала она меня разочаровывать. — Когда я носила Сержика. Так мучилась. Тебе нужно правильно питаться.
— Конечно, — давясь, выдала я.
— Нужно плотно позавтракать, а потом мы отправимся на прогулку.
От неожиданности, я едва не выплюнула содержимое изо рта.
— Прогулка?
— Переоденься в свои… тряпки.
— Думаете, стоит? — я постаралась скрыть возбуждение. — Это платье…
— …совершенно не подходит к ситуации.
Тон, с которым она произнесла слово "ситуация", меня напряг. И охранник при этом как-то подозрительно ухмыльнулся.
— Погода прекрасная, — продолжала Саталова. — Свежий воздух пойдёт тебе на пользу.
Я, конечно, сомневалась, что городской воздух можно назвать свежим, но спорить не стала. Вовремя дрогнувшей рукой, опрокинула чашку с чаем и взвизгнула, когда горячая вода окатила бедро. Всплеснув ладонями, Лариса подскочила, причитая:
— Ты такая неловкая! Ну, как можно? Горячее и на паркет!
Ударить бывшую своего мужа мне не позволил здравый смысл. Бормоча под нос извинения, я побежала на кухню. Рома двинулся следом, буквально наступая мне на пятки. Специально притормозив, я столкнулась с ним спиной и зашипела:
— Не трогай меня.
— Больно надо, — проворчал он с досадой.
— Извращенец, — приподняв подол над раковиной, окинула мужчину злым взглядом.
Как я и надеялась, Роман демонстративно отвернулся. Хватило пары мгновений, чтобы схватить оставленную у плиты газовую зажигалку и засунуть её под широкий пояс. Утром именно из-за этой детали я и выбрала этот наряд.
— Удивляюсь, как можно быть такой криворукой, — в комнату вплыла Лариса. — Детка, ты основательно испортила платье.
— И обожгла кожу, — напомнила я с оттенком раздражения.
— Неужели? — кажется, она наслаждалась моими страданиями. Хотя, почему же — кажется? В криво подведённых глазах плясали смешинки.
— Самую малость.
— Ты умеешь все так драматизировать.
