— Никотиновая жвачка, — пробормотал мужчина и, приподняв меня под ягодицы, впечатал в стену. — Никому бы не позволил мной командовать, но ты… Тебе вот всё разрешаю.
— Попробовал бы ты мне что-то запретить.
— Не вздумай разомкнуть ноги… да, именно так, — оглаживая мои бёдра, Игорь позволил обхватить себя, скрестив стопы на пояснице. — В следующий раз… ты забудешь надеть трусики. Так будет гораздо удобнее…
Я попыталась ему ответить, но в этот момент его пальцы скользнули под кружево и все слова превратились в долгий стон. Ударившись головой об стену, закусила губу.
— Какая ты горячая, детка, — Игорь кусал меня за шею, попутно стягивая с себя штаны. — И вся моя.
— Прошу… — проныла я, теряя терпение.
— О чём?
— Игорь, — я впилась пальцами в его плечи. — Давай уже…
Моё возмущение утонуло в удовольствии, когда Булатный просто сдвинув ткань кружева в сторону, толкнулся в меня и замер. Он точно знал, что делал, и как это действует на меня. Выскользнув наполовину длины, вновь вошёл, вжав меня ещё сильнее в стену.
Идеально.
Кажется, я сказала это вслух, потому что Игорь самодовольно хмыкнул.
— Только не останавливайся, — сипло взмолилась я и для надёжности крепко обняла его за шею.
— Ни за что, — хрипло пообещал мужчина, и я поняла, что не зря его люблю.
Наверное, я опять проболталась и решила делать это чаще. Булатный жёстко вбивался в меня, сжимая сильными пальцами бёдра и рыча что-то невообразимо пошлое. Каждое его движение приближало меня к вершине удовольствия. Царапая взмокшую кожу мужчины, я выдыхала его имя, помня, как это цепляет моего нахала. Моего…
— Детка… сейчас…
Выгнувшись, я часто хватала ртом воздух и плавилась от предвкушения. Так близко от края оргазма мир внезапно треснул и раскрошился на сотни пылающих солнц. Меня не стало. Только чистое наслаждение, отключающее сознание.
Кажется, я кричала, а может, плакала. В любом случае, когда пришла в себя, лицо было мокрое от слёз, и горло саднило. Игорь сидел на диване, удерживая меня на руках, укачивая и бормоча:
— Никак не привыкну к тому, что ты такая…
— Нервная? — я очертила пальцами его лицо.
— Отзывчивая, — поправил Игорь, — и громкая. В квартире нам надо будет делать мощную звукоизоляцию.
— Это ты виноват. Из-за тебя я кричу.
— Виновен. Исправляться не стану.
— Это радует, — закрыв глаза, я улыбалась. — А кто должен прийти?
Мужчина нахмурился и встряхнул головой:
— Давай, никого не впустим? Я обещал тебе валяние в кровати и просмотр фильмов.
Как бы заманчиво это не звучало, я понимала, что реальность отменить нельзя. Приподнявшись, я села на колени Игоря и обняла, уложив голову на его плечо.
— Успеем ещё поваляться. Хочу скорее разобраться со всем и начать новую жизнь.
— Приедут из полиции. Им нужно снять показания, — я поджала губы, понимая, что придётся пережить весь кошмар похищения заново. — Я буду рядом.
— Мне бы не хотелось, чтобы ты это слышал. Это слишком…
— Ты меня жалеешь, что ли? — изумлённо спросил Игорь, заглядывая в моё лицо.
— Это было… страшно, — я вновь прижалась щекой к его плечу. — Ты будешь об этом думать.
— Лучик, — глухо позвал Булатный. — Спасибо, что заботишься, но я теперь с тобой навсегда. Как там говорят? И в горе, и в радости. Или я чего-то не знаю?
Я набрала в грудь воздуха, но не смогла произнести ни звука. Конечно, я не сказала, как сама пошла за охранником, надеясь, что это Док, а затем, очнулась в доме Ларисы и притворялась, что понимаю её и не боюсь. Как потом я украла зажигалку, планируя поджечь дом, и заколку, чтобы…
Пальцы сжимались сильнее, и мужчина мягко обхватил моё лицо, поднимая и поворачивая к свету.
— Ты выживала. Таня, что бы там не произошло… О, милая, — его голос дрогнул. — Ты же сказала, что они тебя не… тронули. Или все же…
— Нет. Никто меня не насиловал.
— Если… если ты согласилась, чтобы выжить… это не страшно… — Игорь просипел последнюю фразу, и меня обожгло от его боли.
— Не было такого. У меня кроме тебя никого нет. С того дня в мотеле, слышишь?
— Детка, — Игорь обнял меня так крепко, что стало сложно дышать. — Важна только ты. Ты жива. Со мной. И всё остальное совсем не имеет значения. Ты сохранила нашего малыша. Это чудо. И во всём этом нет моей заслуги. Меня не было рядом, когда я был тебе нужен. И потому, милая, я больше ни на минуту не оставлю тебя, и мы будем вместе, что бы ни случилось.
Вместо слов, я обвела его губы пальцем, а затем коснулась их своими губами. Игорь замер и позволил мне мягко гладить его по волосам. От возникшего между нами тепла внутри души что-то засветилось.
— Я тоже не хочу тебя больше терять.
Капитан полиции положил на стол между нами диктофон. Наверное, так было гораздо удобнее, но меня не отпускало неприятное ощущение, что каждый мой вздох и дрожание голоса можно будет не единожды воспроизвести, и моя перенесённая боль благодаря возможностям современной чудо-техники сможет жить вечно.
— Татьяна, вас что-то смущает?
— Не хочу вспоминать обо всём, — призналась и ощутила, как Игорь ободряюще сжал моё колено.
— Может, стоит поговорить наедине, без свидетелей?
