На долю секунды я даже задумываюсь об отмене встречи с Джеймсом: он выглядит устрашающе, всепоглощающе – рядом с таким человеком невольно сводит живот, а разум затуманивается. Но как только эта мысль приходит мне в голову, я ее тут же отбрасываю, зная, что ни за что на свете не откажусь от свидания.
Внимание Джеймса – это огонек, мерцающий в сердце и освещающий все на своем пути. А еще где-то в самых темных уголках моего сознания живет надежда, что если мой отец узнает об этих встречах с Джеймсом, с парнем, который немного старше и намного сильнее меня, то он, наконец, вернется домой.
По дороге в кафе тревога нарастает, как штормовая волна. Я иду к входной двери, вспотевшими руками поправляя платье, и глубоко дышу, чтобы успокоить нервы.
О чем я думала, соглашаясь на это?
Я специально приехала немного пораньше, чтобы у меня было время, но как только я захожу внутрь, я вижу его. Одетый в идеально подогнанный по фигуре костюм, он болтает с Энджи, как будто они старые друзья. Интересно, как бы он выглядел в джинсах или старой запятнанной футболке? Складывается ощущение, что он всегда одет с иголочки.
С колотящимся сердцем я осматриваюсь. Сегодня в кофейне довольно многолюдно, и Джеймс пока что меня не заметил. Идти к нему – все равно что нырять в глубокую воду, не умея плавать, но я не останавливаюсь, а, наоборот, ускоряю шаг: странное чувство возбуждения толкает меня вперед, чтобы я узнала, насколько глубоки эти воды.
Сначала меня замечает Энджи, и я сразу отмечаю, как блестят ее глаза.
– Эй, крошка, посмотри-ка, кто-то пришел раньше тебя! Кто-то высокий, темноволосый и привлекательный.
Джеймс поворачивается, и от одного его взгляда, словно от скачка напряжения, тело начинает искрится, а волоски приподниматься.
– Привет, – улыбаюсь я.
Расправив плечи, он подходит ко мне и легонько прикасается губами к моей щеке. Его тепло порождает мурашки, почти лишая меня дыхания. Кончики его пальцев скользят по моей руке, и он отступает, глядя на меня томными, раздевающими догола глазами. Пьянящее ощущение растет в глубине живота и оседает у меня между ног.
– Прекрасная, – произносит он.
Вроде бы одно только слово, но оно ласкает меня, как бархат, и дарит незабываемые ощущения внутри живота.
– Ты тоже. Он улыбается.
– Ты находишь меня красивым? – его игривый тон разжигает во мне тот странный огонь, который вспыхнул в момент нашей первой встречи.
В момент, когда я задавалась вопросом, каково это – быть другой Венди.
– А ты думаешь, что мужчина не может быть красивым? – я выгибаю бровь.
– Мужчина может обладать многими качествами, дорогая, – он подходит ближе. – Но единственная красота, которую я сегодня надеюсь лицезреть, – это твоя.
Живот сводит, бабочки вспархивают.
– Твой язык нужно запретить законом, – бормочу я. – Ну так что, куда ты меня приглашаешь?
Энджи смеется.
– Какая разница, крошка? Просто иди, – она отмахивается от меня.
Джеймс, бросив взгляд в сторону Энджи, обнимает меня за талию.
– Твоя подруга права. Расслабься и позволь мне тебя как следует накормить, – он наклоняется и прикасается губами к моему уху. – А если ты будешь хорошей девочкой, тогда, возможно, я покажу тебе истинную причину, по которой мой язык следует держать под замком.
Меня накрывает тепло, проникая в самые глубины души и пульсируя между ног.
– Очень самонадеянно, – с удивленным вздохом я упираюсь пальцами в его грудь.
С блеском в глазах он провожает меня к двери, по-прежнему обнимая за талию.
– Ты ведь должна знать, какие блюда представлены в меню.
Мы выходим на улицу, и Джеймс ведет меня к тонированной Ауди. Подойдя к машине, я тянусь к ручке, но не успеваю и дотронуться, как он уже тут как тут – помогает мне открыть дверь и сесть внутрь.
Сердце замирает. Вроде бы такой простой жест, но я начинаю чувствовать себя особенной. Чувствовать, что обо мне заботятся.
– Мне следовало бы обидеться, – подмечаю я, когда он забирается на водительское сиденье.
С улыбкой Джейсон заводит машину, но с места не трогается.
– Почему? – он поворачивается ко мне.
– Ты только что велел мне быть хорошей девочкой, и ты… ну, ты понял.
– Я не уверен, что понял, – он вскидывает бровь.
Быстрым движением он наклоняется, прижимая меня спиной к сиденью, и проводит носом по моей шее. От этого прикосновения у меня сводит живот и сбивается дыхание.
– Потому что я хочу прижаться к твоим губам? – его губы скользят от моего уха вниз по челюсти, пока не оказываются над моими.
Сердце бьется о грудную клетку. Я чувствую себя не в своей тарелке.
– Я обещаю, тебе понравится, – шепчет он.
И на этом тепло его тела исчезает. Он возвращается на сиденье и задним ходом выезжает с парковки.
Я везу ее на пристань, к себе домой. Я думал о более публичном свидании, но решил отказаться от этой идеи: не хотелось бы, чтобы ее отец раньше времени все понял и застал меня врасплох.
Он должен знать, кто я такой, знать это наверняка, прежде чем я выбью почву из-под его ног.
